Давайте поиграем, папа-босс!

Он что, сделал комплимент моей попе?

Варенька, солнышко, ты только не воспламенись от стыда и не вылети торпедой в окно!

Я гордо вздёргиваю подбородок, беру свой медовый Раф, который сейчас поднимет мне настроение, и возвращаюсь обратно к своему столику.

— Извращенец, — кидаю ему напоследок.

Опять эта самодовольная усмешка за спиной, но в этот раз я не оборачиваюсь.

Ищу свой столик взглядом.

И не помню, где остановилась. Вот что значит — села в этот раз на другое место.

Ещё раз зал взглядом обвожу. И понимаю… что на моём стуле сидит маленькая девочка. Что-то агрессивно рисует на столе.

Не поняла…

Быстро иду к своему месту, пытаясь не паниковать.

Она ведь не по столу рисует…

Подхожу, и сердце вниз падает. Вместе с чашкой, которая разбивается о плитку с громким звоном, отдающим в самое сердце.

Двойной удар.

Маленькая куколка, принцесса, безобидный с виду ангелок… Сейчас рисует по моей курсовой работе со всеми правками (!!), которые я только-только принесла от преподавателя, чёрным маркером.

И откуда у неё он только взялся?!

Я перехватываю маленькую ладошку и пытаюсь её остановить.

— Девочка, солнышко моё, радость моя, — говорю нервно, пытаясь её задобрить.

Я немного срываюсь на крик.

Нервы не выдерживают.

«Ангелок» с рожками поднимает на меня взгляд карих глаз. Таких невинных, чистых, что те простреливают сердце.

Тройной удар.

Закрываю глаза, пытаюсь отдышаться.

Как такое создание могло натворить такое зло?!

— Ой, — раздаётся с её стороны. — А я думала, мне это папа положил.

— Папа? — открываю глаза, смотрю на девочку.

"И ощущаю рядом с собой чьё-то чужое присутствие. Поворачиваю голову, замечаю рядом с собой извращена, который только минуту назад наблюдал за моими танцульками. И сейчас он подходит к девочке, хватает её за руку.

— Снежана, — раздаётся хриплый голос. Как же он вмиг меняется!

— Папочка, — маленькая принцесса выпускает маркер из рук, спрыгивает со стула и быстрее ныряет в объятия мужчины.

Постойте-ка…

Папочка?

— Папочка, эта девочка меня обижает, — липнет к ноге, зарываясь в неё лицом. — И лугается, что я бумажечки взяла, котолые ты мне оставил!

Чего-чего? Мне сейчас кажется, или она действительно это говорит вслух?

Рядом раздаётся недовольное цыканье.

Его горящий и обозлённый взгляд скользит на меня, расчленяя на разные куски.

— Ты орала на мою дочь? — метает в меня молниями.

— Да я только подошла! — повышаю голос. — И к тому же…

Паниковать начинаю. Он так смотрит, что все мысли из головы вылетают одним махом.

— Ваш ребёнок испортил мою университетскую работу. Из-за того, что вы, мужчина, не уследили за ребёнком.