Давайте поиграем, папа-босс!

Фигово дело…

— Ну, — усмехается Марат и отрывается от стены. Идёт в мою сторону, хитро говоря: — Сейчас освежу тебе память.

Марат. Ночь первого января.

— Поужинаешь — и спать, — держу дочь на руках и несу на кухню. Варя приготовила жуть какой вкусный обед. Чуть всё не съел, но она остановила меня, чтобы немного оставить Снежке. Благо она ест как воробушек. — Тебя вообще кто-то кормил? Полуночница, блин.

— Колмил(кормил), — активно кивает. — Всё было холошо. И мама лядом была. Я хочу к ней опять.

Опять.

Стискиваю зубы.

Не нравится мне это общение их, но понимаю, что не могу лишить Снежку общения с мамой.

Во-первых, по суду не могу препятствовать, во-вторых, чисто по-человечески. Ребёнку нужна мама.

— Она плигласила меня на лождество. Давай поедем вместе?

— Посмотрим, — натягиваю улыбку.

Дерьмо. Я и так со Снежкой не пошёл на городскую ёлку, так ещё и тут с матерью ей отказываю. И дело тут не в работе, а в моём нежелании встречаться с Наташей. Она снова начнёт говорить о нашем воссоединении, а мне эти разговоры уже поперёк горла.

И с разводом тянет.

Нет чтобы уже развестись. Забрала бы двадцать процентов от моего бизнеса и пошла бы гулять дальше, но нет же.

Надеется, что я одумаюсь. В итоге весь процесс затянулся надолго. Уже месяца четыре. В итоге до сих пор сижу со штампом в паспорте.

Боюсь, Варька узнает, накрутит себе там.

Хотя откуда? Только несколько людей знают об этом. Наташа. Но я не оставлял их одних. Тем более не думаю, что она кричала бы направо и налево о том, что мы всё ещё женаты.

Временно.

— Давай ешь, и идём спать, — щёлкаю её по носу. — Сегодня тебя укладывать буду я, а не Варя.

Меня бы вот Варенька уложила — я не против был бы.

— Ну и холошо, — странно бубнит.

— Не хочу больше нянек, пап. Давай я одна буду?

— Одна будешь, когда вырастешь, — серьёзно произношу. — А пока — с няней. Не ты ли Снегурочку хотела?

— Уже пелехотела…

Странно.

Ладно, потом спрошу у Вари, что у них случилось.

Так внезапно поменялось отношение… Неспроста.

Снежана ест, а потом отправляется умываться. За это время пытаюсь набрать Варвару. На телефон не отвечает, и я волноваться начинаю. Убежала внезапно, да ещё и по темноте. Мало ли кто за ней увязался там?

А эта сучка маленькая ещё и не отвечает.

Нахожу номер её семьи.

Звоню родне. Говорят, что не появлялась со вчерашнего вечера.

Странно. Она же сказала, что у её мамы чрезвычайное положение, или мне показалось?

Последний вариант — набираю Мирославу, её подругу. Узнать номер той проще простого, когда ты имеешь доступ ко всей информации университета.

— Алло. Кто?

— Варвара у вас? — начинаю без прелюдий.

— Нет… А вы кто?

— Её работодатель, — чеканю без прелюдий.

— А, Марат Русланович, это вы? — ого, меня ещё и знают.

— Я.

Значит, рассказывала обо мне? Приятно.