Дегустация волшебства

А на самом деле у него была самая настоящая картина.

Гарик залпом выпил дрянной кофе и поставил чашку на стол.

– Ну, Надежда, удивила! Рассказывай подробно, что ты знаешь про украденную картину.

– Подробно не могу, – честно предупредила Надежда. – В общем, картину, как ты понимаешь, сперла не я. Больше мне делать нечего. Украли ее дети, подростки то есть, парень из вредности, а девочка не смогла его удержать. Если в полицию идти – ведь посадят? А мне ее, девочку, жалко, так и получилось, что я замешана в уголовном деле.

– Ну и как же они ее сперли?

– Так и сперли: вошли в те залы, что шнурочком отгорожены, пока музейные тетки за другими следили, парень вырезал картину и спрятал ее под рубашку.

Гарик расспросил, каким образом удалось вынести картину, и откинулся на спинку стула:

– Всегда знал, что в Эрмитаже бардак!

– Короче, мы решили картину вернуть в Эрмитаж, но побоялись туда открыто идти. И решили подбросить ее в Академию художеств – там народ грамотный, сразу определят, что за картина перед ними.

– Погоди, дальше сам догадаюсь! Значит, вы не нашли никого приличнее профессора Аристархова. А он увидел картину и подумал, что это копия, для него сделанная, так?

– Ну, так… Путаница вышла.

– А у Митьки как картину отобрали?

– Тихонько подменили. – Надежда не удержалась и рассказала в подробностях, каким образом они подменили картину в аэропорту.

– Он даже ничего не заметил! И таможню прошел, как миленький, никто его ни о чем не спросил. Теперь у меня к тебе просьба, научи, как в Эрмитаж этих гусей вернуть, то есть не гусей, а Клода Жибера.

Гарик не ответил, он внимательно рассматривал холст, сначала с изнанки, а потом – с лицевой стороны.

– Гарик, помоги! Нет у тебя там никаких знакомых?

– Что? – он очнулся от глубокой задумчивости. – В Эрмитаж, говоришь? Знакомые у меня там есть, но не могу же я их впутывать. А подбросить картину проще простого: сдай пакет в гардероб. А потом забудешь взять. Полежит он несколько дней, потом спохватятся, раскроют – и найдут картину.

– Гениально! – восхитилась Надежда. – А ее точно найдут?

– Со временем – непременно, – обнадежил Гарик.

– Как это я раньше не догадалась? Тогда можно было бы и в академию не ходить, и никакой подмены бы не было.

– Это уж точно, – снова Гарик внимательно оглядел холст.

Если бы Надежда не была в таком приподнятом настроении от удачно проведенной операции с картиной, она непременно заметила бы, что Гарик выглядит каким-то задумчивым.