Милашка на вираже

Я подхватила нить разговора.

– Цепь неприятностей, которая случилась с твоей женой после того свидания с Ольгой, посылка с петардой, проколотые колеса, случай в метро… Бандероль мог отправить тот, кто не получил денег от фонда, на платформе в метро народ безумствует, Иру просто толкнули… Ну, и кое-кто чужие машины портит. Все это, вероятно, не имеет отношения к давней истории с «гибелью» Анастасии и Савелия. Но, может, Ольга и Иосиф решили убрать Ирину! У нас нет точного ответа. И мы его никогда не найдем. Но совершенно точно установлено врачами, что смерть Антонины Колывановой произошла из-за тромбофлебита, который она не лечила.

Эдик прижал руки к груди.

– От всего сердца спасибо, что сообщили правду о том, что парочка любовников жива. Надо подумать, может, нам с женой надо куда-то уехать из Москвы? Эти люди на все способны! Настя использовала в своих целях брата Иры. Неужели она не понимала, что ничем хорошим для Глазова эта история не закончится?

– Не Анастасия придумала использовать «Жигули» наркомана, – перебил Рябова Степан.

– А кто? – изумился Эдуард.

– Тут есть ответ, – кивнул мой муж, – но у нас остались вопросы без объяснения.

– Уже не помню, – протянул Эдик, – кто-то сказал. Может, экономка? Управляющий?

– Покупатели активно болтали с тетушкой, которая выдала им глицерин и перманганат калия, – заметила я, – они ей сказали, что едут в Колюево.

– Ну да, в салон, – кивнул Эдуард, – а сами рванули в Товарово.

– Зачем им туда? – задал свой вопрос Андрей. – Вас не удивил маршрут?

– Ответа получить не удалось, – отрезал Рябов, – все погибли. Но после вашей беседы с Аэлитой мне стало ясно: пара специально ехала к месту взрыва.

– Странно, что вы тогда не сообразили: иномарка ехала не в Колюево, а в обратную сторону, – не умолкал Попов, – на схеме хорошо видно направление движения.

– Ступил, – поморщился Эдик, – с каждым случиться может.

– Есть еще вопросы, – вздохнул Степан, – но задавать их не стоит, потому что ответ есть в конце беседы Виолы с Аэлитой.

– Вы мне не весь разговор послушать дали? – напрягся Рябов.

– Да, – кивнул Степан и нажал на кнопку моего диктофона. Зазвучал голос Кробченкиной:

– Почему я не пошла в милицию? Отчего не рассказала, что видела? Ну, я вам не все сообщила, и Чернову тоже.

– Эдик! Это я сейчас… Эй! Вы кто? Почему подходите к телефону Рябова? Где он сам? Фу! Ну ты меня и напугал! Решил, что кто-то твою личную, не служебную мобилу схапал. Че с голосом? А не пей холодненькое осенью, вообще не узнать тебя. Короче. Все готово. Завтра с утра жди. Кто-нибудь сообщит.