Дерзкая овечка, или Как охмурить своего босса

Только тут нюанс один имеется: зоотехникша – она, как бы помягче сказать, женщина в теле, грузная очень. Вот она в корыто-то уселась и тут только поняла, что фен достать не может – далеко он. Не рассчитала. Что делать? Нужно обратно выбираться, а не получается. И так, и эдак – ни в какую: порядком откормленная попа плотно вошла. Корыто на бабу село, словно влитое.

Как тут быть? Мужа на помощь звать? Так он тогда все равно не даст довести задуманное до конца. В общем, принялась Любка по комнате вместе с корытом двигаться в нужном ей направлении. Двигалась, двигалась и додвигалась.

– Умерла? – ахнула я, прикрыв рот ладошкой.

– Какой там! – Клавдия махнула рукой так, будто сожалела о неудавшемся суициде односельчанки. – Грохнулась набок. Вода, как водится, вся вылилась. О самоубийстве уже и речь не идет. Ну, перевернулась Любовь на четвереньки и, словно огромная черепаха с оцинкованным панцирем, пополза людей искать.

Хорошо еще Петр, муж ейный, на обед пришел. А то бы срам на всю деревню. Наши-то еще и на телефоны научились снимать – уж не упустили бы шанс-то. А так только Петька в отместку жене языком почесал, историю во всех красках рассказал.

Я решила вмешаться – хоть рассказы девицы и впрямь были интересными, но такими темпами я до второго пришествия их буду слушать.

– Очень увлекательно! – произнесла я. – Обязательно познакомь меня с этой вашей Любовью. Но потом, позже. А пока – организуй встречу с Онуфрием.

"– Вот и дался же тебе этот старикан, – пробормотала Клавдия, но больше спорить не стала. – Сейчас позвоню.

Жестом фокусника девушка извлекла из кармана огромную «мобилу». По тому, как она ею, как бы невзначай, повертела перед моим носом, я поняла: техника является особой гордостью девицы. Чтобы порадовать собеседницу, пришлось даже изобразить некое подобие восторга и восхищения.

– Да он в этом же доме проживает, на втором этаже, – проговорила явно довольная моей реакцией Клавдия, ожидая ответа собеседника.

* * *Через десять минут тот, кого я так жаждала видеть, предстал передо мной во всей своей красе. Весьма, нужно отметить, условной красе.

– О, сама Настя Полонская к нам пожаловала! – присвистнул потрепанного вида мужичок, не скрывая восхищения.