Десять дней, девять ночей

Приподняв мои бедра, резко опускает вниз, входя в меня до упора.

Замирает на секунду, а затем начинает ритмично насаживать меня на себя, не отпуская моего взгляда.

– Нравится?

– Да, – говорю на выдохе."

"И мне действительно нравится, хочется, чтобы это длилось вечно. Его властный взгляд подчиняет, и одновременно разжигает страсть. Внизу живота нарастает истома, мне становится жарко, не хватает воздуха. Я хватаю его открытым ртом. Хочется снять всю одежду и с себя, и с Андрея, почувствовать пальцами не ткань его рубашки, а покрытую испариной горячую кожу. Внезапно он останавливается, снимает меня с себя и, словно прочитав мои мысли, приспускает лямки моего сарафана, освобождая грудь.

Облизывает языком сосок, берет его в рот, посасывает, прикусывает. Я зарываюсь руками в его волосах. Одновременно ласкает пальцами вдоль складок. Я теряю голову, пытаюсь развести ноги еще шире, хотя шире, кажется, уже некуда. Прогибаюсь в спине, прижимаю голову Андрея к себе со всей силы. Сдерживать стоны становится все сложнее… Его пальцы вытворяют что-то невероятное…

– Только не останавливайся… Умоляю…

Но, вопреки моим мольбам, его пальцы останавливаются.

Я протестующе хнычу, а он тихо, но властно:

– Сама…

Я непонимающе хлопаю глазами, никак не могу понять, чего он хочет от меня. Его пальцы все еще между моих половых губ, там, где все горит и требует его действий,… но ничего не делают!…

– Сама, – повторяет он твердо.

Я начинаю осторожно скользить раскрытой промежностью вдоль его двух пальцев, тереться о них клитором. Остро, пошло, грязно… Но так сладко… Андрей прожигает меня взглядом. Я вижу, что он тоже на пределе, дыхание сбитое, грудь тяжело вздымается, но он себя сдерживает.

Останавливаюсь, беру в руку его член, пару раз провожу вверх-вниз, и самостоятельно насаживаюсь на него. Начинаю двигаться медленно, постепенно ускоряя темп. И впервые ловлю от этого кайф. Никогда раньше я не любила эту позу, никак не могла поймать ритм, тут же снова все иначе. Я то ускоряюсь, то замедляюсь, то самостоятельно трусь об него клитором. Напряжение нарастает, когда на задворках моего сознания мелькает мысль: «Это безумие. Не я. Не со мной. Это сон. Я и он… Это невозможно. Занимаюсь сексом с малознакомым мужчиной, отдавая ему всю себя, и желая всего его»…

Не замечаю, как Андрей перехватывает инициативу, и, хватая меня за бедра, с остервенением начинает вколачиваться в меня.

– Бл@дь, бл@дь, бл@дь… – рычит мне в шею, – какая же ты шлюха, Катя…

Его рык служит мне спусковым крючком. От этих грубых слов я взрываюсь, кончаю, сильно выгибаясь в спине, и только руки мужчины не дают мне упасть назад. Андрей кончает почти одновременно со мной, содрогается всем телом и откидывается на спинку кресла.