Девушка из нежной стали

– Этого не может быть! Ты специально мне так говоришь! Ты не можешь любить неинтересную, серую женщину только потому, что она мать твоего ребенка!

– Я ее люблю не потому, что она мать моего сына, я просто ее люблю! И надеюсь, ты больше не станешь говорить о ней в подобном тоне! – холодно, с нажимом отрезал Егор.

– Ты серьезно? – не поверила Света. – И что мне помешает высказывать свои мысли?

Егор посмотрел ей в глаза, и Света испугалась. Кажется, она перестаралась!

Таких хирургов, как Князев, еще поискать надо! Начальство на него не надышится и больше всего боится, что его переманит кто-нибудь другой! Он звезда, талант, герой всей клиники! Одного его намека достаточно, чтобы некий администратор Светлана Владимировна полетела белой лебедью из клиники и без выходного пособия! Света как-то в своей злости забыла, что с ним лучше не ругаться! Найти такую работу, как у нее, да еще с подобной зарплатой, она никогда не сможет, а потерять – в три секунды! Особенно сейчас, когда она зашла слишком далеко!

Егор прочитал эти мысли, как в открытой книге, по мере их осмысления, выражавшиеся на лице девушки.

Если ты по-хорошему не понимаешь, будет на том языке, который тебе доступнее!

Быстро попрощавшись, она ушла, а он мучался угрызениями совести и чувствовал себя последней свиньей.

Правда, свободной от пустых отношений, свиньей!

Поворачивая на улицу, ведущую к дому Вики, Егор испытывал одновременно досаду, зная, что она, скорее всего, опять исчезнет до его прихода и не будет отвечать на телефонные звонки, и радость от предстоящей встречи со Степкой.

«Так, достаточно! – решил Егор. – В понедельник у меня нет операции, дела и больные подождут пару часов, приеду утром и поймаю этого «неуловимого мстителя».

Когда дверь ему открыла Вера Николаевна, Егор не удивился, но досаду уже привычную почувствовал: опять сбежала!

Сколько можно?!

– Здравствуй, дорогой! – поздоровалась Вера Николаевна и поцеловала его в щеку.

Егору было приятно! Они с Викиной мамой очень сдружились, она относилась к нему с любовью и глубоким уважением, и Егор отвечал ей взаимностью. Иногда, когда он звонил Вике домой, надеясь ее застать, и попадал на Веру Николаевну, они с удовольствием болтали о жизни, о его работе, о готовящейся свадьбе ее и Олега Николаевича, которая намечена на тринадцатое января, и никогда о них с Викой.

Из кухни выскочил Степка и выпущенной торпедой понесся навстречу отцу с восторженным криком:

– Папа приехал!!

Егор еще не привык!

Каждый раз слыша этот крик чистого, неподдельного детского восторга, он ощущал, как сердце делает кульбит, все замирает у него внутри и переворачивается от счастья.