Девушка из нежной стали

Он почувствовал легкий укол обиды и разочарованного непонимания: чего это она его гонит? Или ей до такой степени неприятно общаться с ним?

– Я специально не пил за столом, знал, что за руль садиться.

– Ты не понял! Нам со Степкой надо срочно уезжать отсюда!

– Почему? – растерялся и удивился Егор.

– Я не знаю! – отчаянно признала Вика. – Я чувствую! Просто чувствую, и все! Прямо сейчас, быстро надо уезжать! Может, за тобой следили?

– Нет. Меня специально провожали ребята Дениса, чтобы убедиться, что за мной нет слежки.

– Значит, что-то другое! Может, твой сотовый! По телевизору миллионы раз во всяких кино объясняли, что если телефон не выключен, то по нему как-то там можно установить местонахождение человека! Ты ведь телефон никогда не выключаешь?

– Нет, не выключаю.

– Не знаю! Наверное, ты прав, но что-то во мне просто кричит, что надо мотать скорее! Может, это паранойя уже? – спросила она с надеждой. – Пускай у меня и едет крыша, но лучше я смотаюсь с ребенком!

– Вика! Что за паника! – Он испугался не на шутку.

– А черт его знает! Могли они, например, к твоей машине какую-то ерунду прицепить, как там это называется? «Маяк», что ли? Егор, я не знаю! – совсем уж отчаянно призналась она.

И первый раз за эти дни, с того самого момента, когда он открыл ей ночью дверь своей квартиры, посмотрела на Егора с надеждой и какой-то мольбой. О чем? О понимании? О поддержке?

Егор поставил на стол свой бокал, подошел к Вике, развернул к себе лицом, внимательно присмотрелся к этому молящему взгляду и принял мгновенное решение.

– Так, собери самые необходимые вещи, игрушки и подарки оставь здесь, Степку не одевай, закутай в одеяло и так положишь его в машину. Здесь есть фонарик?

– Да, в кладовке, справа от входа.

Вика была ему так благодарна! Пусть он ей и не поверил, пусть решил, что это паника или женские капризы, или действительно у нее крыша едет, но он не стал отговаривать, приводить правильные мужские доводы, а понял, как для нее это важно!

– Зачем тебе фонарик? – спросила она.

– Проверю свою машину.

Она кивнула и вдруг, неожиданно для самой себя, обняла его.

– Спасибо тебе!

– Пока не за что! Иди, собирайся.

Он нашел его!

Сидя на корточках, Егор рассматривал в свете фонарика маленькую, чуть меньше спичечного коробка, плоскую черную коробочку, из которой торчала тоненькая металлическая антенка, сантиметра два-три.

Он обнаружил ее в самый последний момент, как водится, по закону бутерброда. Закатав рукава, подложив под колени кусок полиэтилена, который прихватил в кладовке, облазил днище машины. Замерзнув, перепачкавшись, Егор с тоской думал, что уезжать-таки придется.