Девушка на выданье

Внезапно прошуршавший по залу шепот заставил Хелену прервать свои невеселые размышления, и, взглянув в дверной проем, она догадалась о возможной причине такого неожиданного оживления. От нее не укрылось и то, как стоявший перед ней Ричард, который до той минуты небрежно прислонился к колонне, внезапно напрягся.

Тем временем в зал входила пара, в которой, как показалось Хелене, не было ничего особенного. Правда, дама, хотя и не была первой молодости, поражала изысканной внешностью: ее густые темные волосы были искусно уложены тяжелыми локонами на макушке, а платье из темно-красного шелка, с точки зрения Хелены, чересчур тесно облегало пышную фигуру. Не вызывало сомнения, что именно ее появление и стало объектом всеобщего внимания.

Обернувшись к леди Изабель, Хелена заметила, что графиня пронзает внука проницательным взглядом.

— Кто эта дама, которая только что вошла? — прошептала Хелена. — Все на нее смотрят.

— Это сестра леди Кеттлшем — Рейчел Каммингс, — ответила графиня лаконично, бросив еще один хмурый взгляд в сторону Маркфильда. — Вдова покойного и явно неоплаканного сэра Фредерика Каммингса.

— Но почему ее появление вызвало такой интерес? — тихо спросила Хелена в недоумении. — Не то чтобы это ее смущает — на самом деле она, по-моему, упивается вниманием, — но ее сопровождающий чувствует себя не в своей тарелке. Как вы считаете?

— Нечего было ему сопровождать ее сюда! — парировала леди Изабель. — Эта женщина — просто вертихвостка!

— Вертихвостка? — повторила Хелена, запинаясь. — Боюсь, я не понимаю вас, сударыня.

— Надеюсь, дитя мое! — последовал ответ графини. — Эта тема не для таких нежных ушей, как твои.

Хелена исподтишка снова стала наблюдать за Ричардом, к которому к этому времени частично вернулся былой апломб и который уже более твердо стоил у колонны, но по-прежнему не сводил глаз с вновь прибывших, или, точнее, с темноволосой леди. Хотя Хелена никогда не слышала слова «вертихвостка», ей не понадобилось много времени, чтобы догадаться, что оно должно относиться к женщинам, практиковавшим отвратительное занятие, в которое нуждой были вовлечены некоторые посетительницы благотворительной столовой."

"Она наморщила лоб и с ужасом уставилась на роскошную брюнетку, не в силах поверить, что леди из высшего общества тоже чувствовала потребность пойти на то ремесло, которым женщины, подобные Бет Муни и Сиси Причард, были вынуждены добывать пропитание. Ясно, что, например, рубиновое колье, сверкавшее на ее шее, стоит целое состояние, также как и под стать ему пара браслетов и серьги. Такая женщина, конечно, не испытывала необходимости унижаться, как делали те бедные души… Тем более странной была реакция Маркфильда на ее внезапное появление.