Долг оплачен

И не пришлось бы тебе лезть на склад и за решёткой сидеть. Так что во всём, что случилось, виноват я. Не доглядел.

Мне нечего было сказать. Впервые со мной такое. Хотелось бы съязвить, но не получалось. И доброго слова подобрать не смогла. Я понимала, что он хочет. Понимала, на что сподвигает. Не просто отдаться, в этом проблем нет. Он хочет получить то, что получила Роза. Откровение, душу открытую. И в подтверждение моих слов он продолжил шептать:

— Спрашивала, почему назвал тебя улиткой? Спряталась в раковине и ничем не вытащить на свет.

Его ладони стали поглаживать мои плечи. И становилось невыносимо жарко, душно. Я задыхалась, стала тяжело дышать, чувствуя, что не выдержу этого напряжения. Появились мысли сбежать, закричать, позвать на помощь. Но в то же время я понимала, что нет смысла от себя бежать.

Всё кончено, я попалась.

Хочу всё ему отдать, а не могу. Не могу перебороть себя. Я загнанная рысь в тёмном густом лесу, забившаяся в нору и боящаяся нос показать наружу. Ну, или улитка."

"— Всё будет хорошо, — сказал он, уже накреняясь над моим правым плечом. — Всё будет хорошо, моя девочка. Больше не нужно воевать, бороться, чтобы выжить, и закрываться не нужно. Ты не одна, ты можешь расслабиться.

Захотелось кричать, что мне плевать на социальный статус. Я хочу этого мужчину, смотреть ему в глаза, любоваться его строгими чертами лица и, упиваясь, слушать его голос.

И верить!

Верить, что всё будет хорошо, потому что в данный момент всё действительно хорошо. Мама лечится, благодаря ему, я не сижу в тюрьме, а устроена на работу. И он рядом, а это значит, я больше не накосячу.

В этот момент я понимала, что моя зона комфорта рушится. Троянский конь — Роза проникла на мою территорию, обнажилась и оказалась мужчиной, которого я отвергала. И у меня когда-то были причины это делать. А теперь нет. И от этого становилось страшно. Делать шаг навстречу. Поверить ему не могла, довериться почти невозможно.

— Я твой дом купил, — его губы были слишком близко к моей шее, и я невольно вжала голову. — Как бабушке твоей обещали, на Новый год ёлку нарядим. Я слов на ветер не бросаю. Всё помню. И о Карибском море, коньках, и о твоих мечтах, которые обязательно выполню.

У меня такие мечты, что ноги ослабли. Уже не мечтала о машине, большой квартире, о поступлении в университет и покупке флейты, как у Андрея. Потёрлось материально, осталось только яркое, сильнейшее чувство, что стало меня душить.

— Я так люблю тебя, — сатир чуть ли не стонал. — Девочка моя, с первого взгляда влюбился. Не вычеркнуть из памяти твой поступок на болоте, не могу забыть, как усадил к себе на колени и прижимал тебя. Как самое дорогое в жизни. Ты соткана из моей мечты. В тебе всё прекрасно. Не смогу уже без тебя. Прошу… — он прикоснулся губами к моей шее, и меня начало трясти.