Долг оплачен

Брюки вообще надо было менять после моей выходки. Я коснулась ремня, собралась его расстегнуть... На полном серьёзе.

На самом деле я хотела прикольнуться и подразнить Винеру. Вроде как у нас с сатиром обоюдная забота. А получилось что-то страшно неприличное. Санчес вцепился руками в подлокотники кресла и замер. Я тоже замерла, быстро убрав руки от поднимающихся вверх брюк и подняла на босса глаза.

— Это… Это что такое? — возмутилась Винера.

Я быстро вскочила на ноги и поправила подол сарафана.

Дура. И шутки у меня дурацкие.

Покраснела до кончиков волос, потому что сатир на меня смотрел в упор потемневшими глазами, и зелёного цвета в радужке стало больше. Яркий цвет, насыщенный, как хвоя сосны весной. Мне даже показалось, что я чувствую хвойный запах в его парфюме.

— Это моя секретарша, — тихо ответил сатир и повернулся обратно к столу.

— Шлюху себе завёл? — страдала Винера.

— Что? — опасно прошипела я.

Меня в этот момент не интересовал ни её статус, ни её размеры. Я — дикая кошка, я сейчас ей устрою бои без правил...

Я неудачно пошутила...

Вот теперь доказывай всем... Дура!

— Шлюха, Винера, это девушка, которая отдаётся своему женатому водителю в мужском туалете ночного клуба, — спокойно сказал Санчес. — Не хотел говорить, но раз ты спросила, знай.

Я замерла, а у женщины отвисла челюсть и округлились глаза. Даже под тональным кремом было видно, как она пошла красными пятнами.

— Выйди из моего кабинета, — строго приказал ей Александр Константинович."

"Она стала тяжело дышать. Схватила свои перчатки и вылетела пулей из кабинета.

Воцарилась тишина. Я боялась посмотреть на сатира. Неудобно как-то получилось. А его тяжёлый взгляд меня изучал, сверлил… Облизывал.

На поднос я поставила чашку, огляделась, чем можно вытереть стол. В следующий раз прихвачу салфетки.

Санчес сам вытер стол. Салфетки у него имелись.

— Принеси мне кофе, Эмили, — попросил он.

— Да, я быстро, — еле слышно ответила я и поспешила на выход.

Сердце колотилось в груди. Вот это работка! Мексиканский сериал. И он не закончился, потому что в приёмной я столкнулась с генеральным директором всея транспортно-логистическая компания. Отцом своего босса.

***

Константин Васильевич Никитин собственной персоной. Я его помнила как доброго и любимого дедушку, на котором всё время вис маленький Марк. Седовласый высокий мужчина, очень взрослый и статный. И глаза у него серо-зелёного цвета. Вот только не было в нём ничего мексиканского, среднестатистический житель России.

— Здравствуйте, — я подняла на него глаза и почувствовала, как начинаю дрожать, поэтому поднос взяла двумя руками.

— Здравствуй, — без тени улыбки поздоровался Никитин старший и, хмуря брови, изучал меня.