Первая леди города, или Между двух берегов

Здорова Ветка текилу лакать! Розана уделать – это ж уметь надо!

– Значит, Серега в ауте, придется самой ехать.

– Куда?

– К футболистам, я ж им денег обещала.

– Не поедешь никуда, не пущу! – восстал Хохол.

– Хотелось бы понаблюдать, как ты сделаешь это, дорогой, – холодно взглянув на него, сказала Коваль.

– Очень просто – надену наручники, и к спинке!

Она потянула его к себе и прошептала:

– Если ты хочешь, то по возвращении можешь так и сделать, я слова не скажу…

Хохол покраснел, злясь, что она всегда угадывает его тайные желания. Словом, Марина уговорила его поехать в «Империю удачи», хотя меньше всего на свете сейчас ей самой хотелось вставать и куда-то ехать.

Как она и предполагала, футбольные деятели попытались выудить у нее не сто сорок, а сто пятьдесят тысяч, мотивируя это необходимостью иметь свободные наличные деньги для расчетов с массажистами, водителями и прочей обслугой. Но тот, кто развел Коваль, еще не родился, и пришлось мужикам соглашаться на то, что дают. А у нее после их ухода созрело твердое решение ехать на Кипр и на месте убедиться, как и куда уходят деньги. Придется все же менять имидж, чтобы не опознали, да и с Хохлом надо что-то делать – уж больно внешность колоритная.

– Женька, едем в «Бэлль», – велела она, садясь в джип и откидываясь на спинку сиденья.

– Зачем? – удивился телохранитель.

– Будем менять внешность.

– Это зачем еще? – подозрительно покосился в ее сторону Женька, ожидая, как обычно, подвоха.

– Я еду на Кипр, но мне надо, чтобы эти козлы меня не узнали. И тебя, кстати, тоже.

– Ты мне предлагаешь волосы выкрасить, как петуху последнему? – возмутился он до глубины души.

– Фантазии у тебя нет, Хохол! Мы тебя наголо побреем и отрастим бородку с усами.

– Точно, за петуха начнут принимать! Ты совсем берега потеряла, Маринка! Мне в падлу в таком виде на люди!

– Не ори, а? – попросила Марина. – Это ненадолго, приедем – сбреешь. Может, еще самому понравится.

Ее идея была ему отвратительна, Коваль прекрасно видела, но была непреклонна, и Хохол с ворчанием согласился.

Девчонки в салоне встретили хозяйку радостно – она не приезжала к ним целых три месяца, было просто не до того, некогда тратить время на поездки за красотой, да и стимула тоже не было.

– Марина Викторовна, как можно так себя запускать? – ругалась парикмахерша Олеся, разглядывая Маринины волосы. – Какого вы цвета, скажите, пожалуйста, а то не разберу уже?

– Леся, крась в черный, не думай. И наращивать тоже будем, насколько возможно.

– Да я-то могу хоть в пол, только как ходить будете?

– Давай подлиннее, и цвет поярче, чтоб глаза рвало! – приказала Коваль, приготовившись к утомительному и долговременному процессу.