Доверься мне

За то, что позарился на моё, будешь наказан, — чётко сказал Габриэль твердым голосом.

— Да альфа, — тихо сказал волчонок, склонив голову. Приказы альфы не обсуждаются.

— Николь, — уже мягче, и протянул мне руку. Взгляд стал мягче, но видно что он чем-то обеспокоен, а не просто недоволен.

— Габриэль помоги, Мария еле стоит, — жалостливо сказала я, еле удерживая подругу. Как бы мне не хотелось, сейчас кинутся ему в объятия, я не могла оставить подругу.

А он, кажется, только сейчас заметил её, и её состояние.

— Самюэль, — громко сказал он, пристально смотря то на меня, то на парней, которые ещё не встали, и со страхом смотрели на альфу.

Жених появился спустя пару секунд. Быстро оценил обстановку. С гневом взглянул на попавшихся неудачников, обещая при этом небесную кару, а потом с нежностью на свою половинку. Быстро подхватил Марию на руки и унес.

— Я в порядке, мне лишь задело, — устало сказала она, когда её уносили. А что задела то? Что вообще произошло?

— Знатно вас приложило. Надеюсь, на этом урок вами усвоен, — сказала волк, обнимая меня.

— Да сэр, — хором ответили они.

— Пошли Николь, — мягко сказал Габриэль сильнее сжал меня, и повел в строну дома. Ох, чувствую, сейчас что-то будет. И почему мне кажется, что я виновата. Но я ведь ничего не сделала, хотела лишь поговорить, а тут такое.

До комнаты мы дошли быстро, и за весь путь Габриэль не сказал ни единого слова, даже не взглянул на меня. Плохо, очень плохо! Когда злилась я, то всё тут разнесла, а что будет делать он? Стало как-то страшно.

Первой неожиданность стало то, что мы пришли в мою комнату, а не спальню. Второй, его вопрос.

— Почему ты говорила с ними? — строго сказал волк, пристально смотря на меня. Вот тебе и здрасте. Я весь день думала, какой приятный меня ждет вечер. И как я захочу отблагодарить его, за красивое ожерелья, а мне устраивают допрос с пристрастием.

— Они заговорили, я ответила, — так же строго сказала я. Я не виновата, так что нечего на меня злиться.

— Ты должна была уйти, а не флиртовать с ними.

— Да с чего вдруг, я не должна говорить с другими! Ты же общаешься, почему я не могу, — закричала я.

— Потому что ты моя! — в ответ громко сказал он, медленно приближаясь ко мне.

— Лишь до завтра! Да я помню, ты ведь так часто любишь это повторять, — ехидно ответила ему, отступая."

"— Ты не внимательно слушаешь меня моя сладкая. Я никогда не говорил тебе, что ты моя до завтра, — обманчиво мягко говорил волк, загоняя меня в угол.

— А как ты говорил? — спросила, смотря в почерневшие глаза.

— Я говорил, что договор истекает завтра, а это разные вещи.

— Почти одно и тоже, как по мне, — тихо сказала, упираясь лопатками в стену. — К тому же, кто вчера сказал мне, что я должна осчастливить какого-то волка, когда стану волчицей.