Драгун. Крест за Базарджик

Егеря и полковые застрельщики, преодолев открытое пространство, забежали в ретраншементы и перекололи орудийную прислугу турок. Не останавливаясь, они бросились в сторону рва, ограждавшего основной крепостной вал, часть их попрыгала вниз, остальные же вели огонь по защитникам укреплений. Со спины к ним спешили штурмовые колонны. Вот крайняя левая, опередив все остальные, перевалила через уже занятый ретраншемент и, пробежав по его обратному склону, достигла рва. Спрыгивая вниз, солдаты ринулись к земляной стене и, втыкая в неё штыки, опираясь на мушкеты и спины товарищей, полезли вверх.

В крепости тревожно ревели трубы, били барабаны, и под эти звуки тысячи защитников спешили занять свои места на валах и батареях. Русский корпус совершенно неожиданно ринулся с четырёх сторон на приступ, а его колонны, прорвавшись сквозь предместья, уже шли на штурм основных укреплений. Пеглеван-паша, желая задержать подступивших к западным воротам русских, вывел часть своей конницы из крепости и бросил в лобовую атаку. Пехота князя Долгорукова, встретив её штыками, отбросила назад, и по сипахам ударил посланный князем Лифляндский драгунский полк. Не выдержав натиска регулярной кавалерии, турки бросились врассыпную, а в это время подкатившие пушки артиллеристы атакующих уже вышибали ядрами ворота.

Первыми наверх турецких валов поднялись солдаты Московского и Нижегородского полков. Однако неприятель, собрав в кулак все силы, сумел их оттуда выбить. В это время с другой стороны на валы прорвался Фанагорийский гренадерский полк, когда-то созданный и обученный самим Суворовым. Очистив от неприятеля угловую башню и часть вала, гренадеры с рёвом ринулись в город, и на его улицах началась жестокая рукопашная схватка.

– Ну же, а нам когда в атаку?! – горячились стародубовцы. – Без нас супостата одолеют! Почему же нам команды нет?! Чего ждём?!

– Смирно стоим! – рявкнул вахмистр Гуреев. – Ванька, твои рот там разинули?! Смотри, а то ведь заткну, мало не покажется! Стоим, команду ждём!

– Фрол, Митька, а ну тихо! – гаркнул Чанов. – Кому там ещё языки чесать охота?!"

"С того места, где стоял полк, было хорошо видно всю восточную сторону крепости и часть южной, которую в это время атаковала колонна генерала Маркова. Отбитые в самом начале штурма, его пехотинцы перегруппировались и снова бросились с криками «ура» на вал.

Вдруг из распахнувшихся восточных ворот начала выскакивать неприятельская конница. На ветру веяли бунчуки, ревели трубы, ещё немного, ещё чуть-чуть – и, собравшись с силами, она ворвётся в промежуток между отрядами Маркова и Войнова, рубя пехотинцев с тыла.

– Всем! Всем! – выдувал сигнал штаб-трубач Стародубовского пока.