Дурная слава

Нежным, негромким голосом она обратилась к нему со словами:

– Гай, я не хочу, чтобы ты соглашался с Эдуардом Плантагенетом и шел на войну с Шотландией. Ты столько лет служил ему. Проигранную битву при Фолкерке ты превратил в победу. Разве этого не достаточно? Но королю никогда не будет достаточно, он эгоистичный, безжалостный властитель. Вместо того чтобы спокойно доживать оставшиеся ему годы, он стремится снова раздавить шотландцев и заставить их повиноваться. Я не хочу, чтобы ты принимал участие в этой бессмысленной бойне."

"Гай смотрел на жену и понимал, что каждое ее слово – правда, но он собирался воевать не ради короля – его вела жажда мести. Он постарался сдержаться и не отвечать под действием нахлынувших чувств. Его глубокий голос зазвучал низко и бесстрастно:

– Я дал слово королю. Решение принято. Не пытайся манипулировать мной, Джори.

Ее глаза расширились от мрачного предчувствия, она сделала шаг ему навстречу:

– Гай, пожалуйста, не уезжай! Не делай этого!

– Прекрати. Ничто меня не остановит. – Теперь его голос звучал грубо.

В отчаянии Джори метнулась к нему и взяла его за руку.

– Гай, пожалуйста, я молю тебя! Молю, не воюй в Шотландии! – Джори упала на колени, припала к его руке, пытаясь заставить мужа ее выслушать.

– Немедленно поднимись с колен! – процедил сквозь стиснутые зубы Уорик. – Мне противно видеть, как ты на коленях молишь о своем любовнике!

Джори была потрясена. Она села на пол, из глаз ее потоком хлынули слезы.

– О Господи! Как ты узнал?

– В день нашей свадьбы я поклялся узнать имя того сукина сына, который бросил тебя беременной. Роберт Брюс – мертвец, Джори. Можешь в этом не сомневаться!

– Гай, нет! Я прошу только ради тебя! Я боюсь, что тебя ранят, что ты погибнешь!

Лицо Уорика потемнело от гнева.

– Ради меня?! Да как ты смеешь сомневаться в моем воинском превосходстве? Смеешь думать, что как воин я уступаю этому проклятому Брюсу?

Джори прижала руку ко рту.

– Гай, я не это имела в виду!

Уорик возвышался над ней, отрешенный в своей гордости, и Джори испугалась, что он никогда не простит ей сказанных слов. Или, может быть, не слов, а поступков? Ведь Роберт Брюс был ее любовником, и теперь Уорика пожирают ревность и ненависть.

Муж ушел, хлопнув дверью, а Джори сидела в одиночестве и не могла пошевелиться.

– Он не уедет. Передумает, – шептала она, но в глубине души понимала – ничто не остановит Уорика. Он отправится в Шотландию и стащит Брюса с королевского трона. Если бы она, Джори, не стала просить его на коленях, Уорик мог бы изменить решение, но этот шаг уничтожил все ее шансы переубедить мужа.

Джори охватило чувство вины. В ней крылась причина мстительных решений Уорика. Перекрестившись, она стала молиться:

– Господи, не дай этим двоим убить друг друга.