Сборник коротких эротических рассказов

Даже злость на мадам Сюльбе и чувство собственного унижения не могли отвлечь внимание Хобса от свежего очарования девушки. Она была одета в синюю униформу, состоявшей из короткой расклешенной юбки, плотно облегающей стройную талию, жилета с глубоким, до пояса вырезом на груди, схваченным внизу золотистым поясом, который прикрывал ослепительно белый передник с карманами. Под жилетом на девушке была одета нейлоновая блузка, настолько прозрачная, что позволяла видеть края пышных полушарий ее упругих грудей. Темного цвета нейлоновые чулки без шва и синие туфельки на высоких каблуках, дополняли ее рабочий наряд и делали ей пикантный вид.

Хобс не скрывая интереса разглядывал горничную, все более и более восхищаясь ее нежной непринужденной прелестью.

— А вы давно сами здесь работаете?

— С самого начала, уже скоро год. Здесь совсем не плохо. — Сказала она. — С мадам Сюльбе можно ладить, да и остальные гувернантки тоже хорошие.

— Как тебя зовут? — Неожиданно спросил Хобс, перейдя на ты.

— Кларетт!

— Ты чудесная девушка, ты мне нравишься.

— Так что же принести вам к завтраку?

— Принеси парную телятину в молочном соусе, заливного сазана, пару бутылок виски и салат из свежих овощей.

— Вы так много наговорили, что я даже не запомнила, но если бы и запомнила, то все равно кроме кофе, с шоколадом ничего бы не принесла.

Девушка смеясь выпорхнула за дверь и через несколько минут вернулась назад с подносом, на котором стоял кофейник и ваза с пирожными.

— А ты сейчас не занята?

— Нет.

— Я хотел бы, чтобы ты побыла со мной, пока я буду завтракать.

— Я уже завтракала, но если вы хотите, я сяду здесь на диване.

Она села на широкий диван против Хобса закинув ногу за ногу и повернулась к нему в полуоборот, застыла как статуэтка. У девушки было нежное, розовое лицо с тонкими элегантными чертами, поражающими своей классической диспропорцией. Темные, чуть раскосые глаза таинственно поблескивали из-под темных ресниц, полные, слегка влажные губы улыбались, и вся она была наполнена какой-то буйной радостью в ее гордой непринужденной осанке чувствовалась сила, достоинство осознанной красоты, способность не только беспрекословно подчиняться, но если надо, то и твердо повелевать с уверенностью, что ее желания будут исполнены.

— А почему вы молчите?

— О чем говорить? — Пожала плечами Кларетт.

— Вы, наверное, обиделись, что я вас задержал у себя. Извините я не хотел забирать у вас свободное время, просто хотел видеть вас.