Сборник коротких эротических рассказов

Тут я вдруг вспомнила, что не стала одевать после бани лиф-чик, а ведь папины руки были уже на уровне моих маленьких спелых грудок! Еще чуть-чуть — и вот они уже выскользнули из-под платья. Папа издал странный звук, словно поперхнулся, — он явно не ожидал, что груди будут обнажены. Тут он уже не смог удержать медленный темп раздевания и сдернул с меня платье одним рывком. От этого мои длинные густые волосы взметнулись вверх, за платьем, и тут же тяжелой волной упали вниз, полностью закрыв груди. Этого папа не смог вынести спокойно… он тут же обеими ладонями отгреб мои волосы в стороны и припал губами к левому соску.

Сосок сразу затвердел. Правый, впрочем, тоже. На правую грудь папа положил свою ладонь, поглаживая ее и массируя. Затем он припал губами к правому соску, а рукой стал массировать левую. Мне было ужасно приятно, а трусики намокли еще больше. И тут мама не выдержала…

— Иван, ну сними же с нее трусики! Они совсем сырые!

Папа наконец-то оторвался от моих набухших сосочков и присел передо мной. Он поднес свое лицо прямо к моим трусам и уткнулся в них носом, жадно вдыхая запах моих выделений. Я непроизвольно отпрянула назад, но он взял меня ладонями за ягодицы и потянул к себе.

Папин нос попал прямо в расщелину моей пипки, вдавливая ткань трусиков вглубь. Затем папа чуть приподнял голову и зубами взялся за резинку, а потом, так же медленно, как платье стал тянуть вниз голубую ткань. Вот его верхняя губа дошла до первых волосков на лобке. Папа чуть ускорил темп. Но он никак не смог снять с меня трусики одними зубами даже до начала заветной щелочки, потому что сзади резинка никак не хотела соскальзывать с выпуклых бугорков моей попки. Тогда он просунул обе ладони под резинку, положив их на упруго-мягкие бугорки ягодиц, и по-мог резинке соскочить с моей попки. Сразу стала видна почти вся моя мокрая щелка. Папа уже не церемонился с трусами. Он быстро стянул их до пола, а мне оставалось только переступить через них. При этом движении мои нижние губки на мгновенье раскрылись, и папа издал слабый стон. Он припал было к ним своими губами, целуя и слизывая сок, но вскоре сумел как-то взять себя в руки.

Он поднялся в полный рост, и я увидела, как сильно оттопыриваются спереди его брюки!

— Теперь ты меня, — приглушенно и даже чуть хрипло сказал папа.

Я принялась расстегивать пуговицы его рубашки, но руки мои, оказывается, так дрожали, что я никак не могла справиться с такой пустяковой работой. Тогда папа сам расстегнул все пуговицы и замер, ожидая моих дальнейших действий. Правда, он слегка наклонился, чтобы мне легче было стягивать рубаху с его плеч, и при этом легко прикоснулся губами к основанию моей шеи. Это приободрило меня, и джинсы с папиных бедер я стянула гораздо быстрее.