Сборник коротких эротических рассказов

— О, знаете, сударь, женщина не простит тому, кто использовал ее слабость.

Я как мог оправдывал себя пагубной непреодолимой страстью к ней, страстью, которую она своей холодностью довела до отчаяния, побудившего к хитрости и даже — насилию.

— Кроме того, — добавил я, — можете ли вы допустить, что используете во зло допущенную слабость. Я виноват, но не думайте о безумии, овладевшем моим сердцем, и лучше не думайте ни о чем, кроме наслаждения, которое может быть потеряно сейчас же.

Пока графиня притворялась возмущенной, прятала голову в руках, я обратился к Фанни со словами:

— Воздержитесь от слез в наслаждении.

Думайте только о блаженной сладости, соединившей нас, пусть она останется в вашей памяти счастливо гармонией. Клянусь, что никогда не испорчу памяти моего счастья, разглашением посторонним людям!

Гнев утих, слезы высохли, незаметно мы снова сплелись все трое, состязаясь в шалостях, поцелуях и ласках.

— О, мои прекрасные подружки. — воскликнул я, — пусть никакая боязнь вас не омрачает. Отдадимся друг другу до конца! Может быть эта ночь будет последней… посвятим же ее одной радости жизни!

Галиани воскликнула: Жребий брошен! К наслаждению! Фанни, сюда! Поцелуй же.

Ну, дурочка, не смущайся. Дай мне тебя покусать. Я хочу вдохнуть тебя до самого сердца… Алоиз, к делу! О, вы великолепный зверь! Каким богатством вас наделила природа!

— Вы этому завидуете, Галиани? Так я начну с вас. Вы пренебрегали этим наслаждением? Теперь, отведав, вы его благословляете! Лежите, лежите и выставляйте мишень для моего нападения. Ах, сколько красоты в вашей позе! скорее Фанни сцепитесь ногами с графиней, введите сами мое оружие бейте в цель! Галиани:… а… а вы делаете успехи.

Графиня качала бедрами, как бешеная, более, впрочем, занятая поцелуями Фанни, чем моим стараниями.

Я воспользовался одним движением, которое все спутало и быстро опрокинул Фанни на графиню.

В одно мгновение мы смешались все трое погрузившись в море наслаждений.

Галиани: Что за прихоть, Альоиз! Вы внезапно отвернулись от врага… о, я вас прощаю. Вы поняли, что не стоит терять времени с бесчувственной.

Что делать — это мое печальное свойство — разлад с природой. Я желаю и чувствую только ужасное и чрезмерное. О, это страшно! Доходить до изнурения, до потери рассудка в самообмане.

Всегда желать и никогда не знать удовлетворения.

Во всей речи слышалась такая жалоба, такое живое выражение безнадежного отчаяния, что я почувствовал себя крайне взволнованным. Эта женщина, делая зло, страдала сама.

— Может быть это состояние проходящее, Галиани? Может быть вы слишком поддались влиянию губительных книг?

— О, нет, нет, слушайте… и она начала рассказ своей жизни."

"— Я была воспитана в Италии теткой, оставшейся вдовой в очень раннем возрасте.