Сборник коротких эротических рассказов

"

"Мои пальцы нащупали сквозь тонкое белье гладкий, как совсем у юной девушки живот, коснулись нежного, упругого холмика, которым он заканчивается. Я предчувствовал уже, как через несколько мгновений утону в этом покорном, свежем, как спелое яблоко теле. В эту минуту я заметил, что дверь в коридор не совсем плотно закрыта. Закрыть дверь на замок было делом нескольких секунд, но и их хватило на то, чтобы ослабить для грядущего наслаждения ту часть моего тела, которая была гораздо более нетерпеливой, чем я сам. Никогда до этого дня я не испытывал такого припадка всепоглощающего наслаждения.

Как будто из всех пор моего существа, от ступней, ладоней, позвоночника вся кровь устремилась в один единственный орган, переполняя его. Я почувствовал, что каждая минута промедления наполняет меня страхом, боязнью, что телесная оболочка не выдержит напора кровяной волны и в недра женского тела вместе с семенной влагой польется горячая алая кровь. Я поднял по-прежнему свешивающиеся ножки, положил их на диван, окончательно приведя в необходимое состояние свой костюм, вытянулся рядом с женщиной, но скомканный хаос тончайшего батиста мешал мне. Думая, что сбилась слишком длинная рубашка, я резким движением сдернул ее кверху и сейчас же, ощутив покров ткани, почувствовал шелковистость мягких курчавых волос. Мои пальцы коснулись покрытой батистом ложбинки, прижались к ней, скользнули в ее глубину, которая раздавалась с покорной нежностью, как будто я дотронулся до скрытого, невидимого замка. Ноги тотчас же вздрогнули, согнулись в коленях и разошлись, сжатые до сих пор.

Мои ноги с силой разжимали их до конца. Капля влаги, словно слеза, молящая о пощаде, пролилась мне на руку.

Меня переполнило предчувствие неслыханного счастья, невозможного в семейной жизни. Эта семейная жизнь меня скрывала. Она не дала мне достаточного опыта, чтобы справиться с секретами женских застежек, я без толку искал какие-то тесемки, но все тщетно. Вне себя от нетерпения я готов был просто разорвать в клочки невесомую ткань, когда в дверь резко постучали.

Не хватает сил описать мое раздражение, когда проводник сказал, что скоро станция и там можно выпить кофе. Я грубо сделал замечание, что нельзя ночью из-за каких-то пустяков будить пассажиров.

Он обиделся, но пререкания с ним отняли у меня несколько минут.

Когда я вернулся, в позе женских ног не произошло никаких изменений, ее запрокинутые руки по-прежнему закрывали лицо, все также белели обнаженные стройные ноги. Я еще сильней захотел это тело, хотя уже не было прежней жажды, бывшей ранее такой нестерпимой. Она исчезла настолько, что я почти испугался, когда проникая к вновь покорному телу, почувствовал, что устранено последнее препятствие к обладанию им.