Еда и патроны

Слишком уж необычной была вся вчерашняя история.

– Товара много. Как вывозить-то планируешь? – услышал Стас сквозь свои мысли голос Максима. – Мне, конечно, все равно, просто интересно."

"– Разумеется, не на себе, – отвечал Карл Яковлевич. – Вон там, видишь, машина стоит? – махнул он рукой в сторону неказистой четырехколесной конструкции с прицепом. – Это моя.

– А что за мордовороты рядом? – продолжал интересоваться Макс.

– Племянники, – ухмыльнулся Гринберг. – У нас семейный бизнес. Я же не солью торгую, чтобы одному ездить. Да если бы и солью, все равно. Сейчас времена такие, молодой человек, что в одиночку только сумасшедший на дорогу выйдет.

Сумасшедших, конечно, тоже хватает, только ведь они долго-то не живут. Жадность еще никому жизнь не продлевала. А попутных обозов ждать – это же сплошное разорение. Пока ждешь, больше потратишь, чем наторговал. Так что приходится делиться.

– А не маловато пять человек-то всего для охраны? Может, побольше телохранителей нужно? Готов помочь. О цене договоримся.

– Максим, – с наигранным смущением начал Карл Яковлевич, – вы не обижайтесь, но семейный бизнес – это семейный бизнес.

Как бы объяснить? В этом деле посторонний человек, да еще и при оружии, вносит лишнюю нервозность и…

Карл Яковлевич все еще продолжал говорить, разъясняя Максу тонкости построения семейного дела, но Стас уже не слушал. Внимание его отвлек какой-то странный звук. Что-то ухнуло вдалеке, а потом раздался свист, резкий и протяжный. Он усиливался, как будто приближаясь. Еще один хлопок, и вот уже к первому свисту присоединился второй. Стас невольно стал поворачивать голову по направлению этого звука, и тут синевато-черная темнота раннего сентябрьского утра, робко нарушаемая лишь чадящими факелами, разом исчезла.

Оглушительный взрыв прогремел буквально в сорока метрах от их троицы, уши заложило, глаза заболели от неимоверно яркой вспышки. Стас упал на землю, через мгновение что-то просвистело у него прямо над головой. И тут же – второй взрыв. Глаза, еще не оправившиеся от шока, наткнулись на Гринберга, лежащего лицом вниз. Старенький пиджак на спине Карла Яковлевича вздыбился клочьями и дымился. Макса рядом не было. Через секунду Стас заметил, как тот отчаянно машет ему руками, показывая в сторону грузовиков и уже направляясь туда. В ушах звенело, вокруг плавали какие-то темные силуэты. Стас обернулся к трактиру, но не нашел его. На том месте, где пару минут назад шумная компания веселилась и праздновала победу, полыхал столб пламени, рядом с которым двигались огоньки поменьше. Они хаотично мельтешили вокруг гигантского костра. Живые факелы бегали, падали, снова поднимались, опять падали, катались по земле. Слух постепенно начинал восстанавливаться, и до Стаса донеслись крики.