Единственная для черного дракона (СИ)

Он верил, что это его судьба — дождаться восхождения на трон старшего брата, быть его тенью, озаботиться о сильных наследниках, прожить жизнь в заботах о благополучии семьи. Так было… пока он не встретился взглядом с девушкой, чьи глаза были цвета предштормового неба."

"Сейчас, держа её в своих объятьях, наслаждаясь вкусом губ, запахом, что впитался в саму его суть, всё, чего он хотел — это стать щитом всего для одной крошечной женщины в его руках. Это странное всепоглощающее чувство, от которого сердце замирает в груди и начинает свой бег с немыслимой скоростью.

— Сними метку, — прошептала Лилэй, проникая своим удивительным взглядом в самое сердце.

Как бы он сам не думал о себе; каким бы рациональным и хладнокровным не пытался выглядеть, но он прежде всего хищник, который не привык терять контроль над тем, что решил присвоить, любить, оберегать! Она его сокровище — он уже понял это. И именно сейчас Ардэн ощущал себя драконом в посудной лавке. Слишком неловкий, непредназначенный для таких деликатных вещей! Всё внутри орало — хватай, прячь, береги и никому не показывай! Сокровище только его! И ярость от самой мысли о том, что нужно снять метку, обозначить, что Лилэй не его, дать хоть кому-то повод помыслить, что он отказался от неё! Это невозможно и немыслимо! Ему стоит прийти в себя! Кажется, сейчас он действительно осознавал магию Лилэй.

Он чувствовал резкий отток сил, который обернулся оголёнными инстинктами сущности. Но словно волна при цунами, которая откатила к его женщине, энергия начинала затапливать его необыкновенно мощным потоком. И именно сейчас говорить о его чувствах к ней было не лучшей идеей, потому как всё, что имело значение — это инстинкты, энергия, что врывалась в тело, будто бушующий поток, сметая всё рациональное в нём.

— Никогда, — он прошептал, хотя больше всего хотелось прорычать и испортить всю магию этого утра? Ну, уж нет!

Лилэй замерла на краткий миг, казалось, она приняла его ответ, но каким-то звериным чутьем он знал, что его отказ ранил её.

— Я не могу, — он хотел объяснить ей, что в их мире есть два вида неприкосновенности для неё — это покровительство могущественной семьи или же демона, который признает её равной…единственной для себя.

Но как об этом сказать сейчас? Что за олух⁈ Он и впрямь чувствовал себя малолетним идиотом, который просто не знал, как поймать своё сокровище и не раздавить, не навредить при этом⁈

Стук в дверь, как удар врага — неожиданный и подлый. Он не желал покидать её! Не сейчас!

— Это срочно, — голос Содэна, обозначил окончание этого утра. Он знал, что помощник не ворвался бы к нему просто так.