Ее сердце

Курит, зараза…

— Если б ты знала, как мне это все осточертело! Мало того, что я должна учиться лучше всех, раз я — дочь Гермионы Грейнджер, так еще и ни один нормальный парень ко мне не подойдет без оглядки на мою героическую матушку…

Санни делает «пуффф-пуффф-пуффф», это значит, она пускает дым колечками.

— Роз, посмотри на это с другой стороны. Если они боятся — на фига тебе такие нужны? Вот найдешь того, кто не испугается, тогда и будет разговор.

— Да нету таких.

— Да есть! — Собственный голос кажется мне чужим и чересчур нахальным. Впрочем, мне положено нахальство, я — Малфой.

Девчонки вздрагивают от неожиданности и поворачиваются ко мне. Санни — с улыбкой, а Роза — вытаращив глаза и разевая рот, как рыбка гуппия.

— Мисс Уизли, я прошу Вас оказать мне честь сопровождать меня на Рождественском балу! — Я склоняюсь в церемонном поклоне, стараясь не рассмеяться, уж больно потешно выглядит изумленная Роза.

Впрочем, она быстро пришла в себя — дочь Грейнджер, как-никак.

— Да уж, действительно честь, — криво усмехается Роза. — А что? «Пощечина общественному вкусу», так ты говорила?

Санни согласно кивает, и Роза спрыгивает с подоконника.

— Так и быть, Малфой. Я пойду с тобой на бал.

Я поймал ее руку и легонько коснулся губами тонких подрагивающих пальцев. Этикет еще никто не отменял.

Роза иронично вскинула брови, прошептала: «Докатилась!», и пошла прочь из башни. Я обернулся к Санни:

— «Пощечина общественному вкусу» — это она про что?

Санни сделала последний «пуффф» и затушила окурок о стену:

— Был такой русский поэт, Маяковский. Называл свои стихи «пощечиной общественному вкусу».

В другое время я бы непременно расспросил про русского поэта, но сейчас мои мозги были заняты другим.

— Ну и как ты думаешь, я за такую пощечину по шее не получу?

— А это зависит от того, останется ли довольна Роза.

Определенно, смех Санни — это лекарство от всех сомнений. Роза останется довольна, не будь я Малфой!

* * *Пощечина удалась.

Наше с Розой триумфальное шествие через Большой зал было достойно упоминания в «Истории Хогвартса». Перед нами молча расступались, за нашими спинами потрясенно перешептывались.

— Мальчишки, челюсти подберите! — Негромко скомадовала Роза, когда мы проходили мимо ее братцев.

— Роз, ты спятила?! — прошептал в ответ Ал.

Если кто и спятил, так это я. Скорпиус Малфой ведет на Рождественский бал Розу Уизли. Хотя нет. Скорпиус Гиперион лорд Малфой и Роза Уизли, дочь Героев войны. Так гораздо лучше.

Справедливости ради надо сказать, выглядела Роза потрясающе. Она и в обыденной жизни была вполне себе ничего, а тут превратилась в настоящую королеву. Не иначе, ее матушка постаралась. Я мало что понимаю в женской моде, но декан Гриффиндора считается у хогвартских девчонок эталоном вкуса.