Ее сердце

Мое присутствие, как выяснилось, было необходимо для решения вопроса о подарке для Санни.

Узнав повестку дня, я как наяву представил себе сцену двухнедельной давности: за завтраком Санни получила очередную посылку с лекарствами, в которую был вложен новый каталог Ibanez. Взвизгнув от восторга, она схватила бутерброд и пересела ко мне за слизеринский стол; следующие полчаса до начала первого урока мы на пару пускали слюнки на EP-9 Steve Vai. «Шесть звуковых моделей… Встроенный хроматический тюнер… трехполосный эквалайзер…» — Если бы я не знал, что речь идет о характеристиках предусилителя, решил бы, что Санни стонет в предоргазменном экстазе. Не оставалось сомнений, что позволь ей, как она выражалась, «пощупать» эту красавицу с корпусом из цельного массива ели, Санни испытает самый настоящий оргазм."

"Я озвучил мысль. Поттеры тут же погрузились в конструктивное раздумье: идея пришлась им по вкусу, но задача осложнялась тем, что требовала вылазки в маггловский Лондон. Мы небезосновательно полагали, что в немагическом Лондоне брэндовые гитары даже в канун Рождества не продаются на каждом углу. Поэтому спустя полчаса содержательного разговора, состоявшего из: «А может?..» — «Не может.», «А если?..» — «Не стоит.», «Тогда нужно…» — «Не нужно!», было решено привлечь к участию в операции «Подарок для Санни» профессора Поттера. В конце концов, он все крестражи нашел, так неужели Герой войны в Лондоне гитару не отыщет?

Герой подтвердил свой геройский статус. Гитару он нам нашел, прибегнув к помощи Гермионы Грейнджер и загадочной маггловской технологии под названием Интернет.

В музыкальный магазин мы завалились ошалевшей от путешествия по немагическому Лондону гомонящей толпой: трое Поттеров, двое Уизли и один Малфой. В мои задачи входило опознать «объект» и протестировать его на подаркопригодность.

От обилия гитар у меня разбежались глаза, и перехватило дыхание. На мгновение я замер, пораженный открывшимся мне великолепием: классические «акустики» и эпатажные «электрухи», благородные «Фендеры», растопыренные «BC Rich», своенравные «Гибсоны», затейливо размалеванные «Джексоны» висели, стояли, лежали — только руку протяни…

Тощий патлатый продавец окинул нашу красочную компанию сонным взглядом, каким-то непостижимым образом определил во мне гитариста и зачем-то принялся лениво сватать мне крутобокий Риккенбакер. Я призвал на помощь всю фамильную надменность, но продавцу на нее, похоже, было наплевать с Азкабанской башни. Хайрастое недоразумение продолжало монотонно бубнить что-то про классический джазовый звук ровно до тех пор, пока профессор Поттер самым доброжелательным тоном не сообщил, что мы пришли за заказом номер тринадцать.