Его невинная малышка

Секунда, вторая, третья… А затем дверь открывается, и я резко хватаю полотенце, прикрывая свою грудь в прозрачном кружевном лифчике, который практически ничего не скрывал. Я уже и забыла, что он должен был принести мне сменную одежду… Так глупо!

Арн застывает в проеме, удерживая в руке какую-то белую вещицу, и не спешит отводить взгляд, разглядывая ушиб, который теперь был на всеобщем обозрении. А я просто теряю дар речи от испуга и ничего не могу вымолвить.

Почему-то думала: набросится, как Артем, но в глазах мужчины не было похоти, как у того ублюдка. Он просто смотрел на меня, разглядывал, а его зрачки темнели… Только от злости. Я поняла это по плотно стиснутой челюсти, отчего желваки на его скулах заметно заиграли."

"– Переоденешься в мою футболку, – первым разрывает он неловкий момент. – Возможно, будет великовата, но меньшего у меня ничего нет. Я буду ждать в гостиной. Нужно осмотреть твою руку, чтобы понять, насколько все серьезно…

– Эм… – ожила я. – Все пройдет. Со временем.

– Конечно, – соглашается он, понимая, к чему я веду. – Если ты не хочешь в больницу, куда стоило бы обратиться, тогда нужно хотя бы самим осмотреть ушиб, чтобы оценить тяжкость нанесенного удара. Дорохов – та еще мразь. После него редко кто остается живым… Женского пола.

Я киваю, чтобы поскорее остаться одной, поскольку в горле образовался ком. Хотелось плакать от воспоминаний о том, что было и что могло быть. А еще как-то было удивительно, приятно и одновременно невероятно то, что незнакомый человек проявляет ко мне сопереживание и заботу.

Арн, наконец-то, оставляет меня одну, и на этот раз я закрываю за ним дверь на имеющуюся защелку. Лишь тогда полностью избавляюсь от одежды, замечая на бедре еще один синяк, а также несколько на ребрах и предплечье.

И это всего несколько секунд наедине с Дороховым.

Что было бы, если бы он увез меня с собой?..

Даже страшно представить…

Бросаю вещи в стиральную машинку, оставляя нижнее белье, и запускаю ее, а сама тем временем принимаю быстрый душ, пользуясь шампунем и гелем мужчины. Другого здесь ничего не нашлось. Лишь его. Это значит, что в квартире живет только Арн, без девушки. И это замечание возникает в моих мыслях как-то само собой, невольно. Я не интересовалась им… Просто было любопытно. Не больше.

Спустя десять минут я оставляю ванную комнату, надев на себя свое белье, а также безразмерную футболку мужчины, которая свободно болталась на мне и практически достигала колен. Воротник был широким и оголял одно плечо. Я поправила его и, придерживая рукой, направилась в гостиную. Арн уже ждал меня на диване, с небольшим чемоданчиком, в котором было полно всяких медикаментов.

– Садись! – говорит он, не поднимая на меня глаз.