Его одержимость

За годы моя психика научилась перестраиваться, так что я прячу страх так глубоко, чтобы и следа от него не оставить.

Следом за рубашкой на кресло летят брюки, так что теперь он стоит передо мной в одних боксерах. А вот там подтверждение его мужской природы – выпирающий бугор. Ерзаю, находясь в предвкушении следующих его действий, но тут он вместо того, чтобы развязать меня и использовать по назначению, отворачивается и отходит к шкафу.

– И это все? – бесит, что в голосе слышно возмущение, будто я напрашиваюсь на секс с мужчиной.

Он немногословен, просто молчит и переодевается в домашнее. Затем поворачивается ко мне лицом, подходит, поглаживает по щеке.

– Воспитывать еще и воспитывать, – говорит флегматично, с толикой скуки.

– Выпусти меня, псих! – выплескиваю ярость, рыча ему в лицо.

– Никаких манер у нынешнего поколения, – качает он как бы печально головой, а затем вздергивает меня, ставя на ноги.

Откуда-то в его руках появляется веревка и он резво, не давая мне опомниться, завязывает мои руки за спиной. Мои брыкания ему никак не мешают, словно я лишь назойливый комар, мешающий ему выполнять задуманное. Затем он закидывает меня с легкостью на плечо, несет в ванную и только там опускает на пол. Двигаться мне неудобно, руки крепко связаны, так что паника моя оправдана. Он открывает кран, берет мыло и начинает намывать мой рот.

– Что ты… Кха… Кха… Дела… Ешь… С… Ка, – внутрь забивается мыльный раствор, мерзкий привкус на языке отдает горечью.

На глазах у меня выступают слезы, становится нечем дышать, от обиды в горле горький ком."

"– Урок первый, звереныш, мат для тебя отныне – табу, – говорит спокойно, даже отчужденно. – Меня зовут Артур Авдеев, но ты можешь обращаться ко мне просто… Артур. С этого момента начинается твое воспитание, так что советую быть прилежной ученицей.

– Урод… Ааа, – всхлипываю, только сейчас чувствуя свою беспомощность и уязвимость.

И мне действительно становится страшно. Словно я снова вернулась домой, где меня ждут только агония, разруха и боль. А ведь я просто хотела заработать, пусть и нечестным с моральной точки зрения путем. А в итоге нахожусь в плену у какого-то сумасшедшего, слетевшего с катушек психа. И что означает воспитание?…

Глава 2

Двумя часами ранее

– Ты идиотка? – с мрачным видом спрашивает у меня Арина.

– Отвали! – рычу на нее, но ей хоть бы хны.

Она стоит у порога нашей гримерки, подпирая плечом косяк, и не думает отходить.

– Мало того, что ты пыталась вымогать деньги у Галаева, так ты снова собралась к нему? Серьезно? Он тебе в первый раз мозги не вышиб только потому, что удивился, не иначе.

– Моя сестра беременна от него, – фыркаю, надевая платье, словно вторую кожу, – пусть раскошеливается, буратино.

Подружка выразительно приподнимает брови.