Его (с)нежная девочка

– Че-е-ерт, – снова вырывается из меня тихий стон.

Откидываюсь на подушку и хватаюсь за голову. Морщусь, щурюсь, напрягаюсь, пытаюсь вспомнить, где я нахожусь, кто этот мужик и что было ночью. Было? Или не было?

Я ни черта не помню!

Чистый белый лист!

Так, спокойно, Ева. Дыши. Даже если было, ничего смертельного не произошло. Да, я, возможно, забыла свой первый раз, но может, так и лучше? Злата говорила, что это будет… неприятно и больно, и…

Стоп! Может, вообще ничего и не было!

Приподнимаю одеяло и… выдыхаю с облегчением. Я в трусиках. Фу-у-х. И тут же мой взгляд ползет к телу мужчины и…

Черт! Черт! Черт!

Я чувствую, как покраснела до корней волос.

Запылали щеки. А руки стали подрагивать. Боже, какой он огромный. Там… И абсолютно голый! Так что? Было, значит? Мы с ним… переспали?

Только почему-то мне ответ узнавать совсем не хочется. И ждать пробуждения этого здоровяка тем более. Поэтому я как можно тише и незаметнее выползаю из-под одеяла и на цыпочках, оглядываясь и прикрывая грудь, выхожу из спальни.

Дом просто огромный. Или как его там? Шале. И, похоже, я оказалась как раз в том самом “престижном районе” для богачей.

И кто тогда, святые баранки, этот красивый и взрослый мужик? Если он живет здесь. Кого я умудрилась… снять?

Побродив в поисках гостиной, я наконец-то нахожу свои вещи. Платье аккуратно висит на спинке стула, а на вешалке у входа – куртка.

Отлично.

Тороплюсь одеться. Только никак не найду свои угги. Не в туфлях же я пришла?

Выглянув в окно, понимаю, что на улице за ночь намело снега по колено, и, следовательно, как я дошла сюда в туфлях? Как? Оглядела прихожую. Под вешалкой стояла пара угг или унт, я, наверное, никогда не научусь их различать.

Они явно больше моего крохотного тридцать седьмого размера, но выбирать не приходится. Не идти же босиком.

Мигом засовываю туда свои голые ступни и, накинув капюшон, выхожу из дома, закрыв за собой дверь, стараясь сильно не стукнуть, чтобы не разбудить хозяина дома.

Оглядываюсь, вокруг горы, лес, сугробы снега и только в самой дали виднеются еще пара тройка таких же шале. До них метров сто, не меньше."

"Так, теперь бы сориентироваться и  найти отель.

Пока топаю по тропинке, похрустывая снегом под ногами, нахожу в кармане пуховика телефон, который только чудом не сел.

На часах семь утра. И я надеюсь, что не потеряюсь, потому что до работы всего час, и мне никак нельзя опоздать.

Иду на одной интуиции, выбрав одну из тропинок. Точно помню, что шале находятся за перешейком, и как раз такой узкий проход между горами виднеется впереди. Значит, я иду в правильном направлении. Голые ноги трясутся от холода, зуб на зуб не попадает, а желудок урчит от голода, но я старательно пытаюсь вытащить из задворков памяти хоть что-то о вчерашнем вечере.