Экспедиционный корпус

Где ты увидел дорогу назад?Очнись! Нам уже не вернуться..Левой! Левой! Жизнь — дерьмо.Так зачем за нее цепляться?Выживут те, кому повезло,А нам остается лишь одно — не сдаватьсяЖилы, стянутые в узел,Каждому своя судьба.Помни, за зимою будетНочь, и снова зима.Эх, жить бы, да времени мало,И даже умереть не успеть..Осталось лишь опустить забрало.Кровь за кровь, смерть за смерть!Левой! Левой! Четче шаг!Сдохни! И пусть боги смеются.Где ты увидел дорогу назад?Очнись! Нам уже не вернуться..Левой! Левой! Жизнь — дерьмо.Так зачем за нее цепляться?Выживут те, кому повезло,А мы умеем лишь одно — не сдаваться…— А вот вторая, ваша светлость, — сказал Климов, не давая князю как-то отреагировать на весьма, мягко говоря оригинальную вещь, ведь тот ждал наверняка что-то бравурное, возвышенно-патриотическое.

 — Называется «Штрафбат».

Если кто не в курсе, то штрафбат это придумка не советской военной системы, а вполне себе царской. Солдаты не видели ни малейшего смысла погибать в атаках на пулеметы и либо дезертировали со страшной силой, либо наоборот сдавались врагу целыми батальонами и полками.

Хотя все же правильнее сказать, ставили заградительные отряды за ненадежными частями, но в общем сути дела это не меняет.

"

"Шаг, другой, руины за спиной,Мы идем вперед, ломая стены головой,За залпом залп, плечом к плечу,Я от грохота не слышу, как я кричу.На коленях, на брюхе лицом по стеклу,Я жму на курок, значит, я еще живу.Болью падает на плечи расплавленный снег,Я загнанный волк по кличке «человек»,Война, горе.… А нам-то что?Нам бы выйти к морю и пожить еще,И не важно, куда дорога идет,Штрафбат идет вперед.Шаг, другой, пепел над землей,И каждый молится о том, как пережить этот бой.

Мы идем не за жизнь, мы идем за страх,Чтобы ночью захлебнуться в окровавленных снах.По обломкам дней да по трупам друзей,Мы идем вперед — эх, скорей бы, скорей!Мы идем вперед, не считая дни,Лучше пулю в лоб, чем в затылок свои.Война, горе.… А нам-то что?Нам бы выйти к морю и пожить еще,И не важно, куда дорога идет,Штрафбат идет вперед.Шаг, другой, я еще живой,Хотя за это заплатил кто-то другой.Мы разучились ждать, мы научились рвать,Мы уже за чертой, за которой плевать,На убитых врагов, на заплаканных вдов,На сирот, детей и на руины городовМы идем вперед, с каждым шагом злей,Нас не надо жалеть, улыбнись и убей!Война, горе. … А нам-то что?Нам бы выйти к морю и пожить ещеИ не важно, куда дорога идет,Штрафбат идет…Генерал побагровел, Климов подумал, что он сейчас начнет орать, топать ногами и возможно так и случилось бы, но в ситуацию вмешалась его жена, что сжала руку супруга и так посмотрела, что Феликс Феликсович весь сдулся.

«Да он еще и подкаблучник», — подумал Климов.