Экспедиционный корпус

Тоже та еще работенка, побегай груженый как мул по три-пять километров от места остановки полевой кухни до первой линии окопов. И не по разу.

— Хорошо устроились солдатики, поближе к кухне, подальше от начальства, — усмехнулся один из младших унтер-офицеров.

— Что он сказал? — поинтересовался лейтенант, отреагировав на говор солдат.

Михаил перевел «солдатскую мудрость».

— В мирное время — может быть, но не сейчас. Если кто-то думает, что занятие сие хоть и тяжелое физически, но безопасное, то глубоко ошибается. Потери среди «кухонных работников» достигают двадцати, а то и тридцати процентов.

Не каждое боевое подразделение несет такие потери… Немцы ведут за ними настоящую охоту, накрывая артиллерией, а самолеты-разведчики не упускают шанса провести штурмовку полевой кухни, обстреляв ее из пулеметов, а то и сбросив ручную бомбу. Но некоторые пилоты так насобачились их бросать, что стали в некотором роде в этом деле снайперами.

Климов все это перевел солдатам, так что отношение к «кухонным работникам» кардинально изменилось.

Завтрак состоял из куска хлеба с сыром и кружки кофе, что черпали из баков.

Хлеб и сыр принесли нанизанными на палки, кои в свою очередь пара бойцов тащила на плечах. Палки у них тоже забрали на дрова.

— Эх… хлеба маловато… да и бурда эта горькая… — послышались приглушенные жалобы солдат, но при этом так, что слышно их было отлично, специально так исхитрялись, авось отреагируют. — Чаю у них нету, что ли? Пьют не пойми что…

— Пейте что дают, — рыкнул на них фельдфебель, хотя и сам, когда хлебнул содержимое, недовольно скривился.

Непривычны русские солдаты оказались к кофе. Да и само кофе тоже оказалось так себе.

Сбодяженое наполовину не то из цикория, не то вовсе из жженого ячменя. В этот период с подвозом товаров из колоний у французов имелись какие-то проблемы.

Пока находились в лагере, там давали привычный чай, французские интенданты быстро поправили рацион стоило только об этот попросить, им даже лучше. Ну а на фронте ради роты русских солдат, да еще рассредоточенных тонким слоем по батальону, никто заморачиваться не станет.

— Ничего, будет вам чай, когда на свой участок фронта встанем, — обнадежил их Климов.

— Это дело, вашбродь, — отозвался фельдфебель.

— Вот только ром в него добавлять вряд ли не будут.

— Ром, вашбродь? — удивился фельдфебель.

— Его.

После такого уточнения о рецептуре кофе, многие солдаты стали смотреть на содержимое своих кружек уже иным взглядом. Что такое ром, они узнали чуть ли не первым делом еще в лагере, да так хорошо, что многие отведали розг из-за не совсем трезвого состояния.

Так уж повелось у французов, что первыми ели солдаты, за ними унтера и только после всех — офицеры. В русской армии все наоборот.