Связанные ненавистью

Он не торопился, его руки лишь слегка поглаживали мою спину, и все же давление между моих ног было почти невыносимым.

Я попыталась думать о чем-нибудь другом. О чем угодно, и каким-то образом Маттео почувствовал, что я уплываю.

Он перевернул нас так, что навис надо мной, и тогда начались мои пытки. Его рот сомкнулся вокруг моего соска, покусывая и облизывая, прежде чем перейти к другой груди и щедро одарить ее с тем же намерением. Я положила ладони на покрывало, пытаясь успокоить дыхание и учащенный пульс.

Маттео обхватил мою другую грудь и сжал сильнее, чем ожидала. Я выгнулась от сильного ощущения, затем быстро расслабилась. Я не могла облегчить ему задачу. Он был бы еще более самодовольным, если бы возбудил меня так быстро. Уставившись в потолок, я отвела все свое внимание от дразнящих губ Маттео. Он хихикнул, уткнувшись мне в грудь, затем лизнул след, ведущий вниз к пупку.

— Такая упрямая.

Я знала, что в тот момент, когда Маттео раздвинет мои ноги, он увидит, как сильно мое тело жаждет его прикосновений. Я ничего не могла с этим поделать. Может быть, есть способ испытать оргазм так, чтобы Маттео этого не заметил? Теперь это была моя единственная надежда, потому что я была уверена, что мое тело предаст меня.

Со злобной ухмылкой Маттео скользнул между моих ног, просунул ладони мне под ягодицы и прижался губами к моей разгоряченной плоти. Я подавила стон от ощущения его языка. Его глаза смотрели на меня, такие собственнические и голодные, что это возбудило меня еще больше.

Я крепко зажмурилась, пытаясь отгородиться от Маттео, но он все усложнял.

— Восхитительно, — пробормотал он и сделал еще один глоток. — Ты такая вкусная, Джианна. Я хочу есть тебя каждый день.

Он погрузил свой язык в меня, прежде чем провести кончиком языка самые мягкие круги, только чтобы снова войти в меня. Я сжала губы, чтобы сдержать стон. Его руки раздвинули мои ноги еще шире, а затем его пальцы мягко раскрыли мои губы, чтобы дать ему еще лучший доступ. Его язык едва коснулся меня, так мягко, что мои пальцы согнулись от сильных ощущений.

— Ты можешь притворяться, что ничего не испытываешь, Джианна, но твое тело предает тебя.

Черт побери, как будто я этого не знала.

— Ты собираешься все время держать глаза закрытыми? — спросил он насмешливо.

Я резко открыла глаза и уставилась на него.

Он поднял голову со своей проклятой акульей ухмылкой, его подбородок блестел от моих соков.

— Так то лучше, — пробормотал он, прежде чем снова опустил взгляд к моему центру и легонько провел большим пальцем по клитору. Его язык скользнул по внутренней стороне моего бедра, прежде чем слегка прикусить. Еще больше влаги скопилось между моих ног, и улыбка Маттео стала еще шире.

— Видишь, тебе это нравится.