Связанные ненавистью

Джианна убрала несколько прядей, выпавших во время нашего быстрого секса, обратно в прическу. Она хмуро смотрела на свое отражение и делала вид, что меня там нет.

Когда мы вышли из ванной, она все еще игнорировала меня. Потом вдруг остановилась.

— Мы не можем войти вместе. Все узнают, что мы сделали.

Я пожал плечами. Мне было насрать. Джианна была моей женой, и я трахал ее, когда хотел.

— Нас не было некоторое время. Они, наверное, уже подозревают."

"— Великолепно, — пробормотала Джианна, но затем расправила плечи и направилась обратно к столам даже не взглянув в мою сторону. Значит, мы вернулись к играм?

* * *

В ту ночь я проснулся в пустой кровати. Я вскочил на ноги и оглядел комнату в поисках Джианны, но ее там не было. Как она могла сбежать? Я не стал надевать штаны. Схватив по пути кобуру с пистолетом, я вылетел из комнаты в гостиную.

Я должен была позвонить Луке и сказать ему. Он будет в ярости. Он не обрадовался, когда я снял с Джианны чип на лодыжке. Мои глаза различили стройную фигуру в кресле у окна. Джианна.

Я расслабился и бросил кобуру на буфет, прежде чем пересечь комнату и подойти к ней. Должно быть, она придвинула кресло поближе к окну, чтобы выглянуть наружу. Ее ноги были прижаты к груди, а лицо покоилось на коленях. Она крепко спала. Но даже во сне ее брови были сдвинуты. Я не был уверен, но она выглядела так, будто плакала. Я остановился рядом с ней, глядя на ее спящую фигуру. Должно быть, она двигалась очень тихо, чтобы я ее не услышал. Я спал чутко. Ей даже удалось надеть пижаму. Мой взгляд метнулся к пульту лифта. Она пыталась взломать код и сбежать? Тревога предупредила бы меня о любых попытках, и все же подозрение оставалось. Я ненавидел, что не доверяю ей. Не то чтобы я привык доверять людям, за исключением Луки, но я хотел доверять своей жене. Конечно, было трудно развивать доверие, когда у Джианны даже не было шанса проявить себя.

Если я дам ей больше свободы, и она не попытается убежать, тогда я смогу начать доверять ей, но у меня было чувство, что я никогда не увижу ее снова, если сделаю это. Я был слишком эгоистичным и собственником. Я не хотел потерять ее, даже если это было бы лучше для нее. Мои глаза вернулись к ее лицу и печали, которая, казалось, была в ее лице.

Я просунул руки под ее тело и поднял ее на руки. Она не проснулась, когда я отнес ее в нашу спальню, туда, где я хотел ее видеть и где она должна была быть, но где она не хотела быть.

Я положил ее на кровать, но не лег рядом. Я был слишком зол на себя, чтобы думать о глупостях. Какая разница, хочет ли Джианна стать моей женой? Какая разница, если она предпочтет вернуться в Мюнхен и найти другого идиота вроде Сида? Она была моей, а я не был хорошим парнем. Мне было наплевать на чувства других людей.