Эротические рассказы Рунета - Том 1

Я закусывал губы и спешно выбегал в ванную, чтобы избавиться от неправильного и совершенно отвратительного возбуждения. Выходя, я наталкивался на насмешливый взгляд сильно накрашенных глаз и упорно старался не смотреть на искусанные розовые губы.

Однажды я не выдержал. Я развернул Киру к себе лицом и впился в её губы. Она задергалась, пытаясь вырваться, но я навалился на неё, прижав израненной спиной к грубой ткани дивана. Она выгнулась, сладко застонала, но все так же пыталась отпихнуть меня. Я не обращал на это внимания. Мне было все равно — хочет она того или нет. Для меня было важно, что этого хочу я.

Я изнасиловал Киру. Собственную сестру. И, самое ужасное, я был готов отдать душу дьяволу, чтобы это повторить.

К моему удивлению, дьявола звать не пришлось. Кира сама откликнулась на мой безмолвный призыв. И, хитро сверкая глазами, она своим неподражаемым альтом спросила: «Сегодня ночью?»."

"И я понял, что все это: от соблазнительных взглядов до страстных излияний во время «лечения» — все было продумано. Все это было игрой, театром одного актера для одного зрителя. С одной единственной целью — заставить меня трахнуть Киру.

Мне было как-то обидно, что моя младшая сестричка, которую я привык считать невинной овечкой, сумела обвести меня вокруг пальца. Но в то же время я был рад тому, что у меня появилась не просто подруга, а напарница для моих жестоких игр.

Я поставил Кире несколько условий — ведь у любой, даже самой грязной игры, должны быть правила.

Во-первых, она может спать с кем угодно и где угодно. Но причинять ей боль могу только я. Это условие было вызвано в первую очередь заботой о Кире. Ведь далеко не каждый знает грань, переступив которую можно сломать человека. А я знал. И никогда бы не переступил, общаясь с Кирой. Контроль над сестрой я осуществлял посредством проверки её кожи на наличие разных синяков, царапин и засосов. Со временем это правило превратилось в «пусть тебя трахает кто угодно, но если на твоей коже останется хоть единственный след…». Что поделать, мне не нравились чужие «автографы» на теле Киры, хотя сам я безумно любил оставлять на ней засосы. Так сказать, «на память».

Во-вторых, если Кира нарушает первый пункт, я имею право на «компенсацию», наказание, которое Кира не может оспорить. Я всегда выбирал что-нибудь действительно неприятное, унизительное. Ведь очень трудно наказать человека, стремящегося к наказанию, но я как-то справлялся. Даже меня самого порой поражала моя фантазия. И, что самое главное, Кира, как бы ей не было противно, никогда не пыталась избежать «наказания». Мне поначалу даже казалось странным её покорное принятие любого моего каприза. Позже я понял, что Кира просто восприняла эти правила очень серьезно. К тому же, ей очень нравилось подчиняться.