Эротические рассказы Рунета - Том 1

Лазая по деревьям и бегая по заросшим приусадебным участкам, я досконально изучил всю Настину анатомию. Она же, занятая лишь сменой цвета у бельишка, предоставляла мне право нагло рассматривать свое тело вблизи. Иногда я засекал ее хитренький взгляд, который она бросала в мою сторону, но по собственной тупости не понимал, что он означает.

Близился конец моего отпуска. Оставалась пара дней. Мы немного угомонились с беготней по деревне и полосканием в речке. И ближе к вечеру стали чаще отдыхать на бревне около сарая. Как-то в один из дней Настя спросила:

— А какие еще цвета могут быть.

— Вот, читаю инструкцию, — сказал я ей, доставая толстую книжицу на японском языке, — вся радуга, которую ты уже проверила. Черный цвет — меланхолия, белый — безразличие. В ряде случаев материя может стать прозрачной, — я еще раз прочел абзац документации и добавил: — Но к тебе это сейчас не относится. Можешь не обращать внимания на такую возможность.

Я сделал глупость, прокомментировав последнюю функцию японского белья. Мужская глупость общеизвестна, а женское любопытство не знает границ.

— Я такая маленькая, что и сказать нельзя, — обиделась Настя."

"Не понимая ее реакция, я попробовал отшутиться:

— Понимаешь, это только для взрослых девушек. Подрастешь, тебе будет полезно, а сейчас плюнь и забудь.

Трусики и лифчик приобрели зловещий фиолетовый оттенок, который еще я не видел. Настя закипела, и, чувствовалось, что сейчас мы разругаемся и будем дуться до конца моего отпуска.

Чтобы сохранить мир и доброжелательную атмосферу, я, подбирая выражения, попробовал вывернуться, не переходя границы приличия.

— Зря обижаешься, когда у тебя будет свой мальчик, прозрачность будет сообщать, что ты готова к взрослым отношениям.

На ее лице появилось недоумевающее выражение.

Это, как обычно в таком возрасте: все мы знаем, и все видели в инете. Но как только дело доходит до самой себя — возникают проблемы с понимаем элементарных взрослых вещей.

— Ну-у, э-э, — протянул я, видя, что Настя силится осмыслить сказанное, но женского опыта у нее нет. — Это когда пара хочет сделать ребеночка. Надеюсь, что ты уже не веришь, что детей приносят аисты? — попробовал отшутиться, чувствуя, что наговорил лишнего.

Видимо, до Насти дошел смысл японской идеи. Ее щеки мгновенно приобрели пунцовый вид. Бельишко, повторяя за хозяйкой цветовую гамму, стало ало-малиновым. Непроизвольно она поднесла ладошки к груди, как бы закрывая их от меня. Ее лицо приобрело странно выражение, а зрачки глаз расширились, глядя в мое лицо.

Минуту мы стояли молча. Настя не двигалась, только смотрела в мои глаза. Я же не знал, что сказать.

Странная пауза, после которой может последовать что угодно: скандал или примирение, драка или презрительное фырканье.