Эротические рассказы Рунета - Том 1

Когда через минуту стало светло, то свет уже имел какой-то розовый оттенок.

Распахнулась дверь и в холл въехала открытая колесница, в которую были впряжены четыре совершенно голых девочки с распущенными волосами. В колеснице стояла Мария, изображавшая жрицу Астарту. Совершенно обнаженная только с узеньким поясом из драгоценных камней на бедрах, она была восхитительна. Девушки быстро везли ее вокруг холла, а она подняв одну руку для приветствия, загадочно усмехалась улыбкой Сфинкса. В другой руке у нее был тяжелый кожаный бич, которым она стегала девочек по их обнаженным спинам. Все в холле замерли пораженные таким зрелищем. Но увидеть дальше мне не пришлось. Позади себя я услышала шорох отодвигаемой портьеры и едва успела отдернуть свои пальцы от клитора и вынуть руку из под халата.

Хаяси, то был он, поманил меня. Наклонив голову, я пошла за ним, стараясь поскорее подавить в себе пыл сжигаемой меня похоти. Кажется он ничего не заметил.

Мы пришли в другую часть дома и зашли в комнату, в которой сидел Ред и толстяк-европеец.

— Что новенького? — приветствовал меня Ред, наливая мне бокал виски.

Чтобы скрыть свой страх я выпила и сказала:

— Хорошо, но все равно я ничего не скажу.

— Ого! Малютка показывает зубки! — зло поблескивая глазами проворчал толстяк.

— Но ничего, — продолжал он, — мы их обломаем! Ред, ближе к делу.

Ред взглянул на меня с любопытством и с некоторой долей удовлетворения.

— Зря артачишься, детка, — сказал он. — Говорить все равно придется. Так что ж было написано в той бумажке? Молчать бесполезно. А когда скажешь мы тебя отпустим на все четыре стороны. Денег у тебя много. Хранятся они у французского консула. Опекуны тебя ждут все время и ты сможешь сразу уехать во Францию, кстати твой брат будет очень рад тебя видеть."

"При упоминании о брате, мои мысли закружились вихрем. Мне было пять лет когда мы расстались. Мысль о брате придала мне сил и я решила выстоять во что бы то ни стало. Каким-то внутренним чутьем я поняла, что если я скажу правду, то меня убьют как нежелательного свидетеля, что все их обещания — ложь.

— Я нечего не могу вам сказать, — пролепетала я, притворяясь опьяненной больше, чем была на самом деле, — Это была старая молитва. Ее написал отец, чтобы я поскорее выучила ее наизусть.

— Так почему же, черт возьми, он зашил ее тебе в платье? — заревел толстяк.

— Успокойтесь, босс! — Ред хладнокровно пододвинул мне бутылку.

— К черту виски! Мне надо знать содержание записки или молитвы, дьявол знает, что там было!

— Так какая же это молитва, детка? Можешь ли ты нам ее прочитать? — спросил Ред.

Я молчала отец в бога не верил и никаких молитв я не знала. К счастью я вспомнила начала молитвы, которую шептала на ночь мне мать. Она пришла мне на ум сама собой.