Только одна ночь. Ошибка прокурора (СИ)

А потом, словно переводные картинки, проявляются темные соски и грудь.

И вся спина мокрая. Красота!

Прижимаю к себе собаку и даже боюсь посмотреть на Феликса. Он сейчас точно какую-нибудь шуточку отколет.

Типа «Раздевайся, Лара. Я и так все видел!».

Глупые мысли вгоняют в жар. Даже провалиться на месте хочется или очутиться в своей квартире. Отмотать время назад. Не ходить ни к какому прокурору. А просто нанять машину и рабочих. Заплатить денег и все вывезти.

«Интересно, почему я раньше не догадалась», — с горечью прикусываю губу.

— Тебе надо переодеться, — выдыхая, решает Феликс.

— Да, конечно. Потом. А то опять вся мокрая буду, — мотаю головой.

— Я люблю, когда ты мокрая, — ухмыляется довольно Феликс."

"И я запоздало спохватываюсь. От двусмысленной фразы мгновенно бросает в жар, а ноги становятся ватными.

«Думай, прежде чем говорить, — в который раз прошу себя. — Опять глупость сморозила на потеху Сарычеву. А он как коршун, все подмечает!»

— Тогда быстро моем это мелкого придурка. Ты переодеваешься, а я накрываю на стол.

— Ага, — шепчу еле слышно. Опускаю Фиксика в раковину, похожую на большую ладью, и нерешительно смотрю на выставленные на мраморной полке флакончики и баночки. У меня их раз в десять меньше.

— Давай я его намылю, — выступает вперед Феликс. Надавливает на носик красивого фарфорового флакона. — Это жидкое мыло, — объясняет мне. — Рядом — гель для бритья. Но Чапе он пока без надобности…

— Не называй его Чапой, пожалуйста, — прошу, повторяя каждое движение за Феликсом. Набираю в ладошку мыло, мою собаку.

А бедный мой йорк, прижав уши, сидит в раковине и скулит тихонечко.

— Не бойся, Фиксик, — прошу, гладя по мокрой шерстке. Собака поднимает на меня темные глаза, похожие на вишни. Вздыхает жалобно.

— Чапа, не дрейфь, все хорошо, — трет по мохнатому хребту Феликс. И я его прибить готова за дурацкую самодеятельность. Собака моя. Пусть не примазывается.

— Чем бы его вытереть? — оглядываюсь по сторонам. Надо было, конечно, заранее обо всем подумать. Но Феликс мне не оставил выбора.

— Вот, давай сюда! — стягивает он с крючка белоснежное махровое полотенце.

— Ой, ты что? Оно не подходит! — мотаю головой. В моем мире собаку точно вытирают чем-то попроще.

— А что не так? — изумленно смотрит на меня Феликс. — Я им пользовался пару раз. Надеюсь, мои тараканы к Чапе не перебегут и на здоровье нашего йорка это никак не отразится.

И не смотря на мои возражения, заворачивает собаку в новое полотенце.

— Будет Чапино, — поясняет без тени смущения.

«Ладно», — пожимаю плечами. И заметив жадный взгляд Сарычева, вспоминаю о мокром платье.