Этот мир не выдержит меня. Том 1 (СИ)

"

"Рана пыталась затянуться под действием бушевавшей внутри тела мощи, но её края превращались в пепел, стоило им коснуться чёрного клинка. Я чувствовал, как кинжал тянет из меня силу, вместе с которой уходило и сознание. Отрубаться нельзя, иначе — смерть.

— Феликс! Открой глаза!!!

Я слышал слова Хольда через пелену, застилавшую уши.

— Феликс! Вытащи кинжал!! Он убьёт тебя!

Темнота давила со всех сторон, заглушая звуки и замедляя биение сердца. Это конец. Перед глазами вспыхнул неправдоподобно яркий салют, состоявший из воспоминаний и расплывчатых образов. Мама. Отец. Детский дом. Настенька...

Кадры из прошлого сменяли друг друга с бешеной скоростью. Я чувствовал, что финал уже близок, но эта предсмертная карусель вдруг остановила свой разбег, явив напоследок не самую приятную картинку — рябую рожу старшего сержанта Вереенко. Когда-то он гонял новобранцев в учебке, а теперь почему-то провожал меня в последний путь.

— Тяжело, боец? — ласково спросил он. — Не отвечай, знаю, что тяжело...

Я будто бы перепрыгнул на десятки лет назад. Снова солнце печёт шею, снова мокрая от пота хэбэшка липнет к телу, снова на руке висит сдохший на марш-броске товарищ, которого нужно тащить до располаги...

— Ты приляг, отдохни, глазёнки закрой, а мы, если что, без тебя повоюем... — губы Вереенко растянулись в доброй улыбке, которую сразу же сменил оскал: — Ты охренел, товарищ солдат? Ты десантник или говно на подошве??? Сожми жопу в кулак и вперёд!!!

— Есть, тарищ старший сержант! — вбитые намертво рефлексы сработали даже за мгновение до смерти. Пальцы вцепились в рукоять кинжала и потянули клинок из раны.

— Веселее, боец!! Тащи падлу!!

Сталь неохотно расставалась с плотью, но я не сдавался. Миллиметр, потом ещё один...

— Хвалю, боец, — радостно сообщил Вереенко, перед тем, как его лицо растворилось в небытии. — Я всегда знал, что из тебя получится правильный военный.

Удушающая темнота отступила, но вместо неё вернулась боль, которой я был только рад. Боль — это жизнь.

— Феликс, ты меня слышишь? — надрывался Хольд. — Феликс, очнись!!!

Я кое-как оторвался от пола, встал на колени, а потом осторожно поднялся, придерживаясь за стенку. Синее марево, позволявшее видеть ауры, исчезло вместе с той мощь, которая совсем недавно бушевала внутри меня.

— Ты живой?! — не то спросил, не то воскликнул старик.

— Вроде того...

У меня кружилась голова, дрожали ноги, раненая рука выглядела так, что даже доктор Менгеле завопил бы от ужаса, но я определённо был жив.

— Как ты?

— Как в сказке — чем дальше, тем страшнее...

— Чего? — нахмурился Хольд.

Я покачал головой. На пустые разговоры не хватало сил.

— Ты первый, кому удалось обуздать разбушевавшийся дар, — задумчиво произнёс старик, глядя на меня. — А уж я повидал немало диких магов...