\

Впрочем, больше всего расстроило даже не это: кадровые офицеры, которые, по определению, должны были уметь сохранять хладнокровие даже в самой экстремальной ситуации, лупили в белый свет, как в копеечку, причем не одиночными, а очередями, и не слышали моих криков! Пришлось принимать меры – глушить недоумков сначала щелчком, а затем дезориентациями, прикрывать воздушной пеленой и смотреть за своими дамами со стороны.

Кстати, увиденное по-настоящему обрадовало: Рыжая, атаковавшая серых хищников первой и без особого труда положившая вожака, оставшееся время боя работала на подстраховке. То есть, распределяла цели, страховала от ошибок всех остальных охотниц и походя добивала подранков, каким-то чудом поймавшим пули доблестных вояк. Что интересно, излишней заботы не проявляла: увидев, что матерый волчара вцепился в левое предплечье Саши, переместилась поближе, но вмешиваться в поединок не стала. А сразу после того, как Дичок пал смертью храбрых, прыгнула обратно. В точку, из которой до этого страховала Софью. Где и простояла до последних мгновений этой схватки."

"Следующие минут десять пришлось поработать и мне. Сразу после того, как пропала необходимость держать пелену, я припахал ближницу и на пару с ней утащил метров на триста четыре звериные тушки, чтобы отвоевать временя на стабилизацию состояния тяжелораненного, минимальную обработку ран, полученных двумя его защитниками за время ожидания помощи, и т. д. Вернувшись обратно, в темпе вытащил из рюкзака раскладные носилки и привел их в рабочее состояние, затем разоружил и реанимировал «героев», не позволил ринуться в атаку, объяснил, что мы, вроде как, спасатели, вручил весь запас боеприпасов к их автоматам, прихваченный на всякий случай, и сообщил, что выбираться к цивилизации им придется без нас. Ибо мы двинемся дальше, в Ржавую Падь.

Вояки, конечно же, не обрадовались. Но, слава всем богам, вспомнили о двух гражданских, все еще дожидающихся помощи, достаточно спокойно выслушали мои инструкции и смогли их повторить, глядя на свой экземпляр бумажной карты. Правда, окончательно пришли в себя уже на новом месте, куда мы перенесли их товарища после обработки порошком, отбивающим запах крови – дождались завершения второго, в разы более долгого сеанса исцеления, от всей души поблагодарили Рыжую за спасение сослуживца и без каких-либо возражений согласились доверить ему автомат. Правда, за ним пришлось бегать мне. К месту взрыва. И там же собирать боеприпасы. Но это напрягло куда меньше, чем возможная истерика.

В общем, расстались мы более чем спокойно.