\

Но оттенок кожных покровов и количество кровоизлияний в склерах дарили уверенность в том, что это состояние еще обратимо. Поэтому я со спокойной душой вернулся к своим спутницам, которых оставил метрах в восьмидесяти с подветренной стороны, и уверенно заявил, что выжившие продержатся еще как минимум час. – Яромир, выброси из головы все сомнения! – еле слышно прошипела Софья. – В сложившейся ситуации бездействие этой шестерки однозначно является преступлением, и я, как полномочный представитель Императора, категорически запрещаю тебе подставляться под возможную атаку! – Э-э-эх… – притворно вздохнул я. – Еще полчаса назад я был уверен, что тебе действительно нравятся властные мужчины, а сейчас… – Соф, не напрягайся – он согласился с твоими выкладками еще во время обсуждения! – сдала меня рыжая предательница. – А шутит для того, чтобы помочь мне побыстрее отойти от падения. Кстати, зря: в момент срыва я находилась в глубоком полутрансе, ушла в скачок, как на обычной тренировке, и абсолютно не испугалась… – добавила брюнеточка. – Тогда работаем? Я еще раз прислушался к эмофону Тучки, не нашел в нем никаких признаков страха и озвучил свое решение:- Да. По последнему варианту со всеми моими дополнениями. Сразу после этих слов я дал команду вложить в уши плотные беруши, первым закончил эту процедуру, вернул на место шлем и покинул пригретое место. Короткими, выверенными скачками спустился к безымянной речушке, перепрыгнул через русло, переместился еще дважды и занял позицию в одном прыжке от левой троицы. В этот момент Лада, сорвавшаяся с места чуть позже меня, как раз подобралась к своей. А когда присела на корточки, дисциплинированно вскинула вверх правую руку в знак того, что готова к действию. Звуковой фон, который создавало атакующее, грызущееся между собой и умирающее зверье, напрочь заглушал еле слышный хруст мелких камней под мягкими подошвами прыжковых ботинок, но Софье, Ольге и «соседкам» катастрофически не хватало навыков скрытного передвижения, а беруши мешали контролировать окружающие звуки. Поэтому все время, пока они крались к своим «стартовым» позициям, я, кажется, даже не дышал. Зато после того, как Натка, добравшаяся до своей самой последней, развернулась спиной к правой троице и все тем же заранее оговоренным жестом дала понять, что готова, облегченно перевел дух. Потом оглядел пять «своих» силуэтов еще раз, убедился в том, что все «Фениксы» заняли предписанное положение, ушел в еще более глубокий полутранс и поднял к плечу левую ладонь. Силуэт Лады продублировал это движение и плавно повел кистью сначала вверх, а затем вниз.