\

Что напрочь отбивает всякое желание экспериментировать с разработкой методики приживления других навыков. Но разбалансированная энергетика вернется в норму от силы за двое-трое суток, а навык останется на всю жизнь. И, в случае чего, даст вам лишний шанс выжить…— В детстве я люто ненавидел одно из любимейших утверждений отца «Императорам боевые навыки не нужны» и дико завидовал родичам, которым их приживляли… — криво усмехнулся он, встав с коробки и уставившись в стену невидящим взглядом. — Лет с шестнадцати, то есть, с того дня, как меня стали загружать реальными задачами, я начал понимать, что управление государством требует не только сумасшедшего объема разноплановых знаний, опыта, широчайшего кругозора, определенного склада мышления и тэдэ, но и полной самоотдачи. Тем не менее, в те немногие свободные минуты, когда удавалось оторваться от напряженной учебы и бесконечных дел, продолжал мечтать. Увы, после того, как я первый раз женился, свободное время вдруг закончилось раз и навсегда, а детские мечты были задвинуты в самые дальние уголки памяти и не будоражили душу до середины прошлой недели. А сейчас я чувствую себя ребенком и по-настоящему счастлив. Хотя мне шестьдесят семь, и терять голову от радости, вроде бы, поздновато.— Немного радости полезно в любых количествах! — авторитетно заявила Рюриковна откуда-то из-за моей спины, через миг вышла из скачка рядом с братом, чмокнула его в щеку и ехидно ухмыльнулась. — Впрочем, если ты уже перерос наши, молодежные, развлечения, то мы, так и бы-…— Не-не-не!!! — затараторил он, сообразив, к чему она клонит. — Я хотел сказать, что лучшего подарка в принципе не представляю, что в неоплатном долгу перед всеми вами и что найду время для любых развлечений — вы только позовите!Знак Макоши безмолвствовал, но и без его подсказок было понятно, что Александр Александрович говорит именно то, что думает. Поэтому я позволил себе расслабиться. Так, слегка. И даже придушил проснувшуюся паранойю:— Позовем. Эдак через недельку. Сразу после возвращения с Алтая……Вторая половина празднования дня рождения первенца Императора прошла под знаком болтовни и утомила до смерти. Ведь недвусмысленная демонстрация приязни со стороны государя, наследника престола и «самой» Черной Мамбы мотивировала всех значимых игроков Большой Политики не только внести меня в имеющиеся расклады, но и попробовать навести мосты. Если бы не Софья, одним своим присутствием обрубавшая большую часть возможностей даже самых влиятельных аристократов, то меня, наверное, разорвали бы на лоскуты.