\

А потом Алейников отписался в общий канал двух наших групп и предупредил о том, что к поместью Еремея Даниловича подъезжает машина с одним из дипломатических идентификаторов, выданных посольству Турана.

Мы, конечно же, подобрались и приготовились к неприятностям. А они заставили себя ждать. В прямом смысле этого выражения: военный атташе, решивший сгладить… хм… героизм своего соотечественника, нарисовался рядом с нами только через четверть часа после десантирования из автомобиля. При этом разговаривал со спутниками на авестийском и несколько громче, чем предписывалось правилами этикета, Рюриковичам поклонился без особого пиетета, а потом нарушил еще несколько неписаных правил высшего света — оглядел Злату от морды до хвоста, повернулся к нам спиной и презрительно фыркнул:

— Обычная мистификация: ирбис, разъевшийся на стероидах, и кривая попытка манипулировать общественным мнением.

Команды «Голос!» и «Рядом!» я отправил на гарнитуру самочки еще до того, как дослушал это заявление до конца. Затем переместился вплотную к охамевшему мужичку, при первых раскатах гневного рыка развернувшемуся на месте и залившему в покров максимальное количество Силы, и уставился ему в глаза:

— Сударь, вы имели наглость обвинить во лжи Императора Александра Восьмого, Великого Князя Александра Александровича, Великую Княжну Софью Александровну, госпожу Злату и все подразделение «Феникс», а также оскорбили хозяина этого дома!

— Потребуете удовлетворения? У сотрудника посольства, защищенного дипломатическим иммунитетом, и Гранда с сорокалетним стажем пребывания в этом ранге с соответствующим реальным боевым опытом? — язвительно поинтересовался он и прикипел взглядом к моему лицу.

Вопреки моим ожиданиям, в узеньких щелочках его глаз горело отнюдь не ожидание морального триумфа: он ждал немедленной атаки и был готов на нее ответить! Не успела некая неправильность этого ощущения царапнуть мое сознание, как «ожил» колокол и приступом тошноты уведомил о попытке ментального воздействия чудовищной мощности!

Стоило представить, чем закончился бы прием, не пойди я на поводу у собственной паранойи и не приживи хвостатой подруге аналогичный навык, как у меня напрочь сорвало крышу. Вот я и отправил по назначению команду, записанную на самый крайний случай:

«Златка, чужой! Взять!!!»

Для того, чтобы смахнуть туранцу голову, «хтоническому чудовищу» хватило одного-единственного удара лапой.