\

Несмотря на очень сложный рельеф местности, глубокий снег и необходимость ориентироваться по бумажной карте, компасу и звездам, в график мы все-таки уложились. Поэтому последние полчаса двигались, плавно замедляясь, а в конечной точке свернули к первой попавшейся более-менее ровной площадке, рухнули на наст и, перевернувшись на спины, уставились в небо. Благо сильный восточный ветер сдул почти все облака, и наблюдать за черной бездной, усеянной миллионами серебристых огоньков, они не мешали.

— Эх, с каким удовольствием я бы сейчас завалилась в джакузи… — не отрывая взгляда от южной половины небосвода, мечтательно пробормотала Лада.

— Мы бы тоже не отказались… — эхом отозвался я, почесывая пузо кошки, распластавшейся рядом, и наслаждаясь ощущением воистину безграничного счастья, чувствующимся по эмоциональной связи. — Правда, Златка?

Смысла вопроса «чудовище», естественно, не поняло, зато среагировало на вопросительную интонацию и заурчало еще громче.

— В ее ответе я и не сомневалась… — хихикнула Рыжая. — Судя по тому, как она любит плескаться в горячей воде, в прошлой жизни эта пушистая вредина была либо дельфином, либо летучей рыбой!

— Похоже на то… — кивнул я, посмотрел на флуоресцирующие стрелки механических часов и невольно вздохнул.

Супруга, как обычно, с легкостью разобралась в причинах этой вспышки депрессии, и насмешливо фыркнула:

— Да ну, перестань — эти сорок с чем-то минут пролетят так быстро, что и оглянуться не успеешь. Ведь мы в кои веки не в полутрансе, а значит, время летит с обычной скоростью. Кстати, может, порадуешь девочку какой-нибудь вкусняшкой? На мой взгляд, она ее честно заслужила!

Услышав знакомое слово, «девочка» мгновенно перевернулась на живот и, пододвинувшись поближе, врезалась носом в мою щеку, скрытую защитной маской. Я влил исцеление в пострадавшую часть тела чуть ли не раньше, чем почувствовал вспышку боли, а затем сочувственно заворковал:

— Ну, и зачем так торопиться? Было бы у тебя обнаружение жизни, я бы еще понял. А без него что ни попытка, то травма. Самоубийца!

Тем временем кошечка, определившаяся с моим точным положением в пространстве столь экстремальным способом, легонечко боднула меня в грудь и тихонечко мяукнула.

— Пряник… банан… или рыбку? — спросил я, делая между словами паузы и прислушиваясь к эмоциям хвостатой «собеседницы». А потом на всякий случай уточнил: — Банан? Точно? Как скажешь…

Процесс кормления хищника с о-о-очень внушительными зубками, да еще и не снимая отвода глаз ни с себя, ни с него, был тем еще испытанием, но я справился и скормил страдалице целую гроздь. Само собой, не забыв от всей души похвалить за то, что не капризничала во время выматывающего перехода по бездорожью.