\

Как выяснилось, за то время, которое мы провели в гостях, в Алтайский край продолжали подтягиваться подразделения силовых структур, так или иначе контролируемых этим Рюриковичем, дороги, тропинки и даже просеки перекрывались пикетами с портативными, но мощными биосканерами, плотность всевозможных дронов, распределившихся по высотам, выросла раза в три, если не в четыре, а десятки «Сеятелей» безостановочно заваливали заснеженные леса, поля и горы не только обычными, но и артефактными датчиками-анализаторами всего и вся.

Не было забыто и местное население — на ПКТ-шку Романа прилетело сообщение с требованием Чеслава Александровича, лично командующего операцией по уничтожению террористов, не покидать дома и квартиры ни при каких обстоятельствах, не пользоваться транспортом и сообщать о любой активности, замеченной на улицах и во дворах.

В молчании гостеприимного хозяина я нисколько не сомневался, так как перед выходом из дому отправил его в целительский сон как минимум на двое суток, но планы пришлось переигрывать. Причем практически целиком: я сомневался, что моя ближница доберется до Ррейсских пещер в одиночку, не хотел рисковать жизнью филина, отпуская его восвояси под слишком тонким отводом глаз, и в то же время понимал, что шансов добраться до Барнаула незамеченными у нашей компании исчезающе малы.

Рюриковна пришла приблизительно к такому же выводу, но добавила к нему дополнение, меняющее все:

— Не вырвемся из затягивающегося кольца в ближайший час-полтора — поляжем. Все, включая группу, спрятавшуюся в пещерах. Со стопроцентной гарантией: спецбоеприпасы бывают разными, а дядька Чеслав в принципе не умеет проигрывать, так что не пожалеет десятка тактических ядерных…

Стоило представить радиоактивную пустыню на месте родного Дикого Леса, как сознание само собой переключилась в турборежим и вскоре выдало совершенно безумную идею, которая, тем не менее, была принята на ура. Как мне показалось, в основном из-за непоколебимой уверенности в том, что нам должны ворожить боги.

Да, пришлось помучиться, объясняя авантюрный план Гамаюну, но в какой-то момент филин «показал» мне сценарий с начала до конца, а потом дал понять, что выполнит все, что от него требуется. Поэтому я оставил его в комнате, окна которой выходили на север, предусмотрительно вытащив из рам оба стекла, а сам в сопровождении Ольги, Софьи и Златки рванул к окраине Новоалексеевки. Вернее, к летному полю, на которое раз в пять-семь минут заходили военные борта.

Последний километр, укрепленный по самым жестким стандартам вояк, преодолевали больше часа. Зато после того, как прошли лабиринт из датчиков, прямым ходом ломанулись за Рюриковной, успевшей изучить эмблемы на ближайших транспортниках и выбрать нужные.