\

— Потому, что по состоянию на десятое января сего года ты занимаешь седьмое место в списке самых влиятельных лиц Империи!— А почему не четвертое?! — притворно возмутилась Рыжая, рассмешив Ольгу и обеих «соседок». — На первом, без вариантов, Александр Михайлович; на втором, опять же без вариантов, Александр Александрович; на третьем ты, а на четвертом Яр! Вопросы?Рюриковна пожала плечами:— Опрос, проведенный среди простецов, дал именно такую картину, но аристократы почему-то сопротивляются. А зря…— Издеваетесь? — нахмурился я и получил предельно серьезный ответ:— Нет. Выступление отца перед казнью дядьки Чеслава и его ближников настолько впечатлило наших соотечественников, что и дворянство, и простой народ искренне считают вас обделенными монаршей благодарностью. Более того, некая инициативная группа простецов заявила, что ордена не покрывают ваши потери, поэтому собирает средства на восстановление твоего родового поместья в Новоалексеевке. И, надо сказать, делает это не только кристально честно, но и успешно — насколько я знаю, денег, поступивших на счет, хватит на строительство неслабого дворца!— А ведь и это еще не все… — без тени улыбки заявила моя ближница. — Строительная компания, занимавшаяся расчисткой котлована, вернула деньги за проделанную работу; проектное бюро выставило счет на один рубль; на моем почтовом сервере скопилось больше двух сотен писем с предложениями о бесплатных поставках всего необходимого, начиная с бетона и заканчивая сантехникой!— Обалдеть… — ошалело выдохнул я.— Сам виноват! — усмехнулась Софья. — Устроил цирк на награждении…— Я просто сказал, что не сделал ничего особенного…— …и что орденов у тебя слишком много! — язвительно продолжила она. — Причем не набивал себе цену, а искренне верил во все, что говорил. А надо было задирать нос от чувства собственной важности, вовремя расстроиться из-за того, что осуществились не все твои мечты, и, конечно же, люто завидовать другим!— Да уж, лоханулся ты, милый, по полной программе! — хохотнула Лада, перебралась на подлокотник моего кресла и с чувством поцеловала в щеку.— Кстати, при большом желании можно выкатить претензии Шершню… — продолжала глумиться Рюриковна. — Фраза, произнесенная им в тот момент, когда их с Кирдыком выводили из камеры изолятора временного содержания ИСБ, стала вирусной и цитируется чуть ли не на каждой второй страничке нашего сегмента Сети!— «Как я и говорил, нас, Нестеровых, арестовывать не за что: мы не предаем, не продаемся и всегда воздаем сторицей врагам наших богов, Империи и рода…» — процитировала Оля. — Кстати, народ зауважал не только нас, Нестеровых.