\

Вместо него… на его месте… топорщился жутковатый, громадный, будто еще одна голова, округлый нарост. Открытый и зрячий. Да, именно так, ибо нарост сей тоже был глазом. Только не птичьим. Справа у ворона выпирало человеческое глазное яблоко. Бесстрастное, пытливое, немигающее око. Всаженное в птичий череп силой черного магиерского искусства.

Птица сидела в клетке недолго. Секунду или около того. Потом – краткое, из пары отрывистых слов – заклинание-приказ, полушепотом произнесенное Лебиусом. И ворон мгновенно поднял тяжелую голову, как отдохнувший путник закидывает на плечо увесистую котомку.

Ворон встряхнулся.

Пробудился.

Ожил.

Хлопанье крыльев, пронзительный «карк-х!» – и шумным комом, теряющим по пути перья, черная птица вываливается из открытой клетки на пол. С пола вспархивает в узкий проем бойницы. А оттуда – сразу – вверх, ввысь. Быстро набирая высоту. И изуродованная голова с человеческим глазом ничуть не мешает полету. Впрочем, издали уже и не видать толком ту голову и не разобрать, что ворон, выпорхнувший из замка маркграфа-Чернокнижника, – это не совсем обычный ворон.

Пара-тройка секунд – и черная птица, раскинув мощные крылья, кружит над лесом, в котором канул беглец. Словно в поисках добычи кружит.

Властитель Верхней Марки змеиный граф Альфред Оберландский внимательно следил за полетом ворона. Лебиус стоял рядом, у бойницы, но наружу не глядел. Глаза под надвинутым капюшоном – закрыты. Лицо – напряжено. Лебиус Марагалиус погрузился в колдовской транс, полностью сосредоточившись на чем-то, лишь ему одному ведомом и видимом. Губы чародея беззвучно шевелились. Потом – перестали.

– Ну что, колдун, узрел? – с интересом спросил маркграф."

"– Да, ваша светлость, – кивнул магиер. И открыл глаза. – Присмотрщик обнаружил Дипольда. А я смогу в любой момент воспользоваться его оком. Ворон теперь не отстанет от пфальцграфа. Дипольд Славный будет у нас на виду. Всегда.

Уловив благосклонную улыбку господина, Лебиус осмелился издать тихий скрипучий смешок.

– Карк-х! Карк-х! Карк-х! – зловещим хохотом разнеслось где-то над лесом, над головой беглеца.

Дальше одинокий ворон летел молча.

Руслан Мельников

Голем. Пленник Реторты

ГЛАВА 1

— Так, значит… Вот как, значит… Ага… Ну-ну…

Маркграф Альфред Оберландский, известный за пределами Верхних Земель под прозвищем Чернокнижник, осматривал новое орудие, установленное над замковыми воротами.

Странное то было орудие… Меньше и легче привычных крепостных бомбард — массивных, ребристых, кованных из железных полос, скрепленных, подобно пивным бочонкам, частыми кольцами. Скорее уж что-то вроде бомбарделлы… [18] Хотя нет, тоже не очень-то и похоже. Ствол — слишком длинный: шагов эдак в шесть-семь — не меньше.