\

Если бы…

Гарик помогать никому не собирался. В руках у него Борис разглядел еще одну гранату с красной меткой. Тоже леталка. Осколочная. Железный «орех». Отдаленно похожий на грецкий.

Гарик подбежал к вентиляционному окошку в борту тресовозки, выдернул чеку… Сволочь!

Борису вдруг нестерпимо захотелось развернуть пулеметную башню и разорвать ублюдка очередью крупного калибра.

Гарик сунул «орешек» между стальными прутьями. И — между рук узников. Протиснул сквозь растопыренные пальцы. Разжал кулак.

Чья-то рука схватила Гарика и попыталась его удержать. Гарик вырвался. Отпрыгнул от трес-транспорта. Откатился в сторону. Укрылся за горящим БТР.

На все про все потребовалась пара секунд — не больше.

Взрыв громыхнул так, словно внутри тресовозки саданул короткой очередью пулемет крупного калибра.

Собственно, Гарику можно было и не прятаться: осколки не смогли пробить бронированные стенки транспорта. Смертоносные рикошеты барабанной дробью застучали по бортам, полу и крыше. Маленькие кусочки металла, не нашедшие выхода, должны были посечь в замкнутом пространстве уйму народа.

Передвижная тюрьма на колесах стала братской могилой для десятков человек.

Внутри кашляли, кричали и хрипели умирающие и раненые. В вентиляционном окошке снова появилась чья-то рука — вся в крови. На руке недоставало мизинца. Уцелевшие пальцы сжимались и разжимались, словно царапая воздух. Кровь капала на борт тресовозки.

Потом рука исчезла. Но хрипы и стоны не умолкали.

Гарик метнулся к своему убитому напарнику, схватил выкатившуюся из его гранатной сумки бутылку с зажигательной смесью. Опять подбежал к тресовозке.

На этот раз в окно трес-транспорта полетела «зажигалка» с горящим фитилем.

Крики и кашель стали громче. Из тресовозки повалил дым. Кажется, снова заплакал ребенок. Только очень тихо. Едва-едва слышно. Это был конец. Кто не сгорит — задохнется.

Гарик, подхватив добычу убитого напарника, бросился к реке. Все, типа?! Дело сделано?! Борис выматерился сквозь зубы. И такого ублюдка он вынужден прикрывать!

Соблазн развернуть пулемет и садануть очередью в спину Гарику стал почти непреодолимым. Но цепь хэдхантерских машин, спешивших на помощь атакованной колонне, была уже слишком близко. И пришло время подумать о них.

Всего шесть БТР. Машины на ходу сбрасывают десант. Ага, сбросили. Прибавляют ходу…

Вражеские бронетранспортеры уже находятся на дистанции прицельного огня. Но сами пока не стреляют. Наверное, действительно опасаются задеть тресовозку, стоявшую сразу за неподвижным БТР Бориса и Наташки. Берегут живой товар.

Судя по всему, бронетранспортер, находившийся перед трес-транспортом, и густые клубы дыма от догорающих машин заслоняли обзор наступавшим хэдам.