\

Даже фугаской такую дверку не прошибешь. Волна, наверное, сквозь нее тоже не просочится.

— Круто, — пробормотал Ухо.

— Когда надо будет — вернешь тумблер в исходное положение, — сказала Наташка. — Задвижка поднимется.

— Не надо, — ответил Ухо. — Пока не надо.

Пожав плечами, Наташка вставила пластиковую пробку на место. Закрутила. Повернулась к Ухо:

— Все?

— Нет, — ответил тот. — Закрой еще один тоннель.

— Какой?

— Не важно. Любой.

Наташка шагнула к тому, что был справа. Здесь, на границе накопителя и тоннеля, тоже имелась скоба, прикрытая выступом стены. И вот… Вторая скоба — тоже выдвинута. Выкручена еще одна пластиковая пробка с блеснувшими в свете фонарей золотыми контактами непонятного предназначения. Перещелкнут еще один тумблер. Еще одна бронеплита мягко и плотно легла в образовавшиеся пазы.

Еще один тоннель закрыла несокрушимая преграда.

— Теперь третий тоннель, — потребовал Ухо. — Последний.

Борис удивленно взглянул на него. Наташка качнула головой:

— Третья задвижка не закроется.

— Почему? — нахмурился Ухо.

— Автоматика не позволит перекрыть три тоннеля сразу. Волне некуда будет идти. Чтобы закрыть третий тоннель, нужно открыть какой-нибудь из двух других.

Наверное, Ухо решил убедиться в этом лично. Он отыскал третью скобу-ручку. Это оказалось не трудно: она ничем не отличалась от тех, которыми воспользовалась Наташка.

Ухо с силой дернул скобу на себя.

Никакого результата.

Рванул еще.

Ничего…

«Ну вот и объяснение золотистым контактам на резьбе, — догадался Борис. — Контакты замкнулись — пробка не выкручивается. Защита от дурака…»"

"— Я же сказала — не получится, — вновь заговорила Наташка. — Автоматика Коллектора блокирует доступ к третьей задвижке.

— У меня получится, — процедил Ухо.

Он отошел от входа в тоннель. Но для того лишь, чтобы взять хэдхантерский таран-отбойник.

«Если дурак упрямый, защита может и не сработать», — с беспокойством подумал Борис. Он уже начинал жалеть, что показал Уху, как пользоваться «перфоратором» хэдов.

Ухо приложил трофей к стене возле скобы. Нажал на курок. Дребезжание, пронзительный вой… Потом по залу разнесся гулкий, словно в огромной бочке, звук лопнувшего пластика. На пол посыпались осколки, поднялась пыль.

Поначалу хэдхантерская машинка дергалась и забирала вверх, но Ухо быстро освоился с незнакомым инструментом и очертил вокруг скобы неровный круг выбитого пластика и скрытого под ним бетона. И хотя вместе с разбитой пробкой выкрошился изрядный кусок стены, работа все же была проделана относительно аккуратно.

«Во всяком случае лучше, чем фугаской», — вынужден был признать Борис.

Выковырнув из зияющей ниши остатки пробки, Ухо добрался до тумблера.