\

Пойдешь к Волкам. И – чтоб никаких глупостей, ясно? Помни: я слежу за тобой. Я и мои люди. Всегда и везде.

– Как? – с трудом разодрал губы Николай.

Он хотел знать все. А от него ничего и не скрывали.

– Чип-маяк на гелевой основе. Тебе ведь о нем известно?

– Известно, – простонал Николай. – Экспериментальные модели?

Ему становилось страшно. По-настоящему страшно.

– Они самые. Я не пожалел для тебя одну. Теперь в тебе есть передатчик, подключенный к глазным и слуховым нервам. И маяк. И блокиратор. И активатор поведенческой рефлекс-программы. Я буду знать, где ты находишься, что ты видишь и что слышишь. И что говоришь, кстати, я тоже буду знать. И если ты вдруг сдуру попытаешься обмолвиться о том, о чем рассказывать не следует, – умрешь. Сразу. Одно нажатие клавиши. Один импульс с операторского компьютера – и все.

– Рефлекс-программа?

– Да.

– А подробностей… – Николай облизнул губы, – подробностей рабочему материалу знать не положено, так?

– Тебе – положено, – улыбнулся Кожин. – Послушнее будешь. Твоя поведенческая программа основана на деструктивном алгоритме.

– Это как? – страх перерастал в ужас.

– Активизирующий импульс с удаленного компьютера оператора спровоцирует мощный выброс «гормонов счастья» – эндоморфинов, – объяснил Кожин. – А состояние эйфории запустит программу на самоуничтожение. Твое самоуничтожение. Ты запрограммирован на самоубийство, Николай.

– На что? – он чувствовал, как бледнеет.

– Перед смертью ты ощутишь себя счастливым. Безумно счастливым. И убьешь себя. Покончишь с собой от великого счастья, понимаешь? Умрешь от кайфа. По-моему это более чем гуманно. И – главное – забавно.

Улыбка федерала стала шире. Нездоровая такая улыбка маньяка…

Николай понял, что ему самому улыбаться теперь будет трудно. Опасно потому что…

– Не волнуйся, – Кожин словно читал его мысли. – Чип надежно блокирует действие сильных положительных эмоций, которые способны случайно, непроизвольно активировать твою рефлекс-программу. Только держись подальше от оголенных проводов и источников тока. Сам знаешь – гелевый чип чувствителен к высокому напряжению и может временно выйти из строя. А в период восстановления маяка я ничего не могу гарантировать. Так что если тебе вдруг станет весело…

Посол подвесил долгую выразительную паузу.

Николай думал. Нет, весело ему не станет. От привычки веселиться, смеяться и улыбаться все же придется отвыкать, – твердо решил он. Отвыкать, начиная прямо с сегодняшнего дня. Учиться контролировать себя придется.

Да, это решение пришло именно тогда – на прозрачном лабораторном столе. Не то чтобы Николай сомневался в блокирующих возможностях чип-маяка. Он просто страстно желал избавиться от этого гелевого поводка. Как-нибудь, где-нибудь.