\

А уж неведомые южные моря…

Путь, конечно, предстоял нелегкий и опасный — на этот счет никто не обольщался, но риск мог окупиться не сторицей даже — тысячерицей."

"— Хватить триндеть, короче. Поехали с ханом — и баста, — в обычной своей манере подвел итог Костоправ. Весь негатив по отношению к степнякам у лекаря куда-то улетучился.

Их определили в передвижной караван-сарай. По крайней мере, Батцэцэг, приставленный ханом к сибирякам в качестве толмача, именно так назвал скопище людей в пестрых одеждах, груженых повозок, мобильных навесов и прилавков, телег с водой и снедью, вместительных контейнеров на колесах, быконей и огромных длинношеих трехгорбых животных. Верблюки — так именовали в Приуральске эту диковинную скотину, приходившую иногда с торговыми караванами из ордынских земель.

Разноязыкий купеческий табор, двигавшийся за войском кочевников и охраняемый ханскими нукерами, располагался неподалеку от кургана с шатром Удуга. Видимо, это следовало считать проявлением особой милости со стороны хана к торговым людям.

В караван-сарае купцы имели возможность не только отдыхать и кочевать вслед за ханской ставкой, но и торговать в пути. Чем, собственно, многие сейчас и занимались. В центре караван-сарая шумело торжище, по сравнению с которым базарчики Приуральска и Сибирска казались бедненькими и убогими. Купцы продавали и обменивали свой товар, азартно торгуясь друг с другом и с богатыми ордынцами, толкавшимися на рынке.

Кого здесь только не было!

Как пояснил Батцэцэг, войско Удуга состояло из монголов, китайцев, казахов, узбеков, таджиков, киргизов и урус-монголов, как в Орде называли выходцев с бывших российских территорий от Алтая до Байкала.

Чего здесь только не было!

Оружие. Луки, сабли, мечи, копья, топоры, булавы, самострелы, самопалы и даже изготовленные до Бойни, но основательно уже убитые стволы, по поводу которых А-Ка вынес неутешительный вердикт: «Такое барахло разорвется в руках прежде, чем его пристреляешь». Боеприпасы, большей частью сохранившиеся лучше, чем старое оружие. Доспехи для людей и быконей. Шкуры и ткани, одежда и пища, вино и кумыс, золото и драгоценности, топливо, ходовые запчасти к автоповозкам, седла, упряжь, скот, рабы…

Да, и рабы тоже. Виктор поморщился. Он многое мог понять и принять в торговле, но выше его понимания было то, как можно продавать и покупать людей. Для Сибирского Княжества рабство являлось дикостью, но в Орде оно было в порядке вещей.

* * *Многолюдство и толчея на ордынском торжище смущали и настораживали. В такой толпе чуть зазеваешься — и запросто можно лишиться товара.

— А-Ка, Костоправ, — окликнул Виктор спутников. — Приглядывайте там за повозками.

— Да приглядываем-приглядываем, — пробасил А-Ка, грозно зыркая по сторонам.