\

Виктор вкратце пересказал историю о плевальщике. Проклятье! Чем чаще повторяешь эту ерунду, тем менее убедительной она кажется.

Однако крестоносец повелся. Поверил. Задумался…

Наверное, от котловых плевальщиков пострадали многие Инквизиторы, и эта проблема была знакома орденским рыцарям.

– Ей будет позволено присутствовать на аудиенции в шлеме с опущенным забралом? – спросил Виктор.

– Это исключено, – покачал головой трехбровый. – К его преподобию следует входить с обнаженной головой.

Солнцезащитных очков у рыцаря, разумеется, не оказалось. Впрочем, проявив некоторую смекалку, он все же нашел решение проблемы. Из поясного кармашка Инквизитор извлек черную повязку.

– Вообще-то это для пленников, – пояснил он. – Но и для вашей спутницы сгодится. Пусть она перед аудиенцией снимет шлем и наденет повязку. И пусть не обижается.

Костяника не обиделась. Обидчивость была для них сейчас непозволительной роскошью.

– Надеюсь, больше причин для задержки нет? Тогда пойдемте. Его преподобие не любит ждать.

Глава 24

Шли довольно долго, плутая по бесконечным лабиринтам лестниц, мостиков, открытых настенных галерей и закрытых переходов. Кое-где хватало естественного освещения, попадавшего внутрь через узкие бойницы, кое-где горели факелы, а кое-где – не очень яркие электрические лампочки. Вот, выходит, для чего здесь использовались ветряки…

Виктор уже потерял счет стражникам, которые молча расступались перед ними, и начал сомневаться в том, что сможет найти дорогу обратно.

– Долго нам еще топать? – не выдержал Костоправ, когда они вышли на открытую смотровую площадку.

– Его преподобие там, – лаконично ответил трехбровый, указав на башню с внушительной пристройкой, возвышающуюся на скалистой вершине. На башне развевался самый большой штандарт, а вот ветряков не было. Зато стояли бомбарды и даже пулеметы – аж две штуки, и притом не самого мелкого калибра. Из-за каменных зубцов выглядывала стража. Поблескивала оптика: кто-то из стражников смотрел в бинокль.

Преодолеть последний участок пути им позволили не сразу.

Сначала очередная стража (пара мечников, копейщик, стрелок с самопалом и Стрелец, вооруженный короткоствольным автоматом), охранявшая узкий проход, пропустила трехбрового к небольшому столику с диковинным аппаратом.

Пластиковая коробка, уходящий куда-то в стену провод с прохудившейся обмоткой, сквозь которую в свете электрической лампочки поблескивала медная проволока, два рычажка, странного вида трубка… Ее рыцарь-проводник приложил к уху и рту. В нижнюю часть трубки он говорил, а через верхнюю, похоже, слушал. Виктору даже показалось, что он тоже различил чей-то искаженный хриплый голос, доносящийся из трубки.