Фараон

— Я обожаю всё, что нравится моему царю.

— Вот! Учитесь, — я показал нубийцам на него рукой.

Они поняли мои недоговорки и то, что я не говорил прямо, а предлагал я им оставить всё как есть сейчас, кроме одного момента. Они по-прежнему будут сами по себе, только будут платить мне тогда, когда я буду защищать их от нападения войск царя Хатшепсут. Такой себе рэкет — уровня царь.

— Мы согласны, — быстро ответил главный.

— Тогда даю вам весь сегодняшний день, чтобы подготовить город к приёму своего истинного царя, — распорядился я, — со мной войдёт только часть войска, чтобы обеспечить мою безопасность. Вся остальная встанет перед городом. Думаю не нужно намекать, что её нужно будет накормить и напоить?

— Конечно нет, мой царь, — мгновенно ответил он.

— Тогда завтра утром, здесь же, я хочу видеть как город Шеллал показывает, как он любит своего царя, — закончил я речь и махнув рукой свернул спектакль, уходя с воинами к колесницам."

"Нубийцы поднялись с земли, поспешив в город с хорошими новостями, а идущий рядом со мной Ментуиуи, всё время улыбался.

— Что? — я не смог это долго терпеть, спросив его о причине хорошего настроения.

— Представляю рожу некоторых лизоблюдов, когда объявят о том, что мой царь усмирил восстание, вот только города принесли личную присягу царю Менхеперре, — ответил он, ещё шире улыбнувшись, — и что с этим будет делать царь Хатшепсут?

— Понятия не имею, — хмыкнул я, — но мне не сильно хочется сейчас воевать с городами, терять людей, чтобы затем всеми нашими успехами воспользовалась Хатшепсут. Поэтому пусть лучше всё остаётся в подвисшем состоянии, но я при этом получу средства на содержание армии, не всё же свои тратить.

Военачальники рассмеялись и в таком бодром настроении мы прибыли в лагерь. Они пошли рассказывать своим близким о наших договорённостях, а я только Меримаату и Бенермеруту. У парня от удивления открылся рот, а более опытный Бенермерут расстроенно покачал головой.

— Непростое решение мой царь и думаю нас ждут неприятности из-за него. Жрецы и чиновники царя Хатшепсут, не оставят это без внимания. В Нижней Нубии каменоломни аметиста, а также многочисленные золотые рудники. Никто в здравом уме не выпустит это богатство из рук.

— Но ты хотя бы согласен со мной, что приводить их к полной покорности сейчас, просто бессмысленно? Этим я только укреплю власть Хатшепсут, — решил я уточнить у него.

— Да мой царь, — низко склонился он, — пролилось бы много крови, как их, так и нашей, а результатами твоей победы воспользовались бы другие. Впрочем, в этом ведь и была их задумка, посылая тебя сюда.

— Я тоже так думаю, — согласился я с ним, — в отправке меня со сбежавшей частью войска в Нубию куча плюсов, думали они.