Фараон

Мы поехали к снятому дому по короткой дороге, и выезжая из-за последней пирамиды увидели, как навстречу нам из-за более древней мастабы, выехала на колеснице охрана некрополя, которая была поставлена здесь, как раз не допускать проникновение сюда личностей, подобных мне.

— Попались! — ахнул от страха Меримаат.

Я же, после недавней встречи с Осирисом был совершенно спокоен и схватив его за макушку, опустил вниз, перехватив поводья. Молча правя конями и не смотря в сторону стражей, которые остановили свою колесницу и также безмолвно смотрели на меня, я проехал мимо них, не удостоив даже взглядом и лишь размочаленные от лазания в узких пространствах бинты развивались за мной от небольшого встречного ветра. Скрывшись за ещё одной пирамидой, я наконец оглянулся назад. За нами никто не последовал, так что я поднял Меримаат, вручив ему обратно управление животными.

— А? Что? — юноша ошарашенно смотрел по сторонам, — почему они нас не нагнали?

— Думаешь я что, зря в такой наряд переоделся? — фыркнул я, показывая на бинты, полностью скрывающие моё лицо и тело.

Глаза его округлились.

— Бог Монту! Ты самый умный бог из всех, кого я знаю! — выпалил он, так будто знал, как минимум десяток лично.

— А то, — я горделиво расправил плечи, и добавил, — ты только давай гони побыстрее, а то вдруг они передумают.

Он тут же послушался меня и мы, ускорившись и пропетляв, чтобы сбить преследование, если такое будет, скоро были у себя. Бенермерут уже копал яму в углу стены, куда всё добро можно было поместить, если к нам кто-то заявится для проверки.

Выгружая последний мешок, он внезапно принюхался.

— Бог Монту, а почему от тебя пахнет мочой? — удивился он.

— Я бы на тебя посмотрел, если бы ты в гробнице с Осирисом встретился лицом к лицу, — чуть покраснел я, от его замечания.

Работа тут же замерла, оба мужчины уставились на меня с упавшими челюстями.

— Ты видел Осириса? Владыку загробного мира? — тихим голосом спросил Бенермерут.

— Угу, перекинулись новостями, то да сё, — я пожал плечами, — он рассказал, что ваш царь пьянствует там у Амона, портит девственниц налево и направо, домой вроде пока не собирается. Ему в Полях Иалу понравилось сильно, так что он передал, что побудет там, пока ему не надоест.

Лица людей, верящих моей брехне от первого до последнего слова, были сейчас прекрасны. Я бы заржал в голос, но не стал портить момент, а потому серьёзно покивав головой, добавил.

— Я со своей стороны пожаловался Осирису, что люди меня не уважают, храм у меня маленький, жертвы там практически не приносят, да и живу я как последний раб, в каком-то занюханном шатре, — тяжко вздохнул я.

— Мы! Мы вас очень уважаем бог Монту! — тут же низко поклонился мне юноша, а за ним сразу и Бенермерут.